Посреди подвала на пятачке свободного пространства было расставлено несколько высоких обшарпанных столов, утащенных из какого-то кафетерия. У противоположной стены стоял длинный обеденный стол с лавкой, сбоку от него была сооружена пародия на барную стойку. Лавка предназначалась исключительно для темных, остальные сталкеры вынуждены были выпивать стоя. Сейчас за обеденным столом, на разных его концах, сидели двое: Мармелад и какой-то незнакомый мне парнишка. Мармелад искоса бросил на меня угрюмый взгляд – между нами все еще висела аж с прошлого года одна маленькая нерешенная обидка. Впрочем, в баре «Сталкер» он со мной разводить терки не станет, а снаружи у меня будет хорошо вооруженный отряд. Он это тоже прекрасно понимал, поэтому ограничился одним взглядом и снова уткнулся в свои макароны по-флотски. Ну и ладненько. О том, как с ним разбираться, я подумаю завтра, на свежую голову. Завтра будет новый день.

За высокими столами народу тоже было немного. Возле дверей расположились двое перемазанных глиной бродяг без опознавательных знаков принадлежности к какому-либо клану. В каком-либо из Чернобылей это непременно вызвало бы вопросы у охраны и завсегдатаев бара, но только не здесь. Здесь всем плевать, пока клиент не забывает платить вперед и не начинает бузить. В углу сидели за пивом потерявшиеся на Милитари Крот с Мельником, я поднял руку, приветствуя их. Еще около десятка незнакомых и малознакомых бродяг из враждебных кланов по двое и по трое рассеялись по залу. В глубине зала расположились четверо доходяг из «Свободы». Одного из них я знал – это был Грек, весьма неприятный тип, имевший дурную репутацию наемник, готовый за горсть мелочи ввязаться в самую грязную историю. Пару раз он перебегал мне дорогу и конкретно рушил бизнес, и каждый раз я неизменно его наказывал – обидно и больно. В позапрошлом месяце он только чудом не схлопотал от меня пулю в лоб, и с тех пор во всех барах возле Периметра, нажравшись, изволил публично заявлять, что разделается со мной, как только у него образуются свободные выходные. Ну, предположим, в другое время я непременно подождал бы его на заднем дворе бара и предложил бы ему, как говорит в таких случаях один страус, сплясать знойное латиноамериканское танго – неважно, с ножами или с чем-нибудь огнестрельным. Однако сейчас я на работе, у меня на шее пять оболтусов, поэтому окончательный расчет с Греком откладывается на некоторое время. Пусть пока поскалится злорадно за своим столиком, все равно недолго ему осталось Зону топтать, падле.