– Порядок, Хэм, – за всех отозвался Донахью, с трудом переводя дух. От перенапряжения его русский окончательно превратился в кашу. – Это что… так и будет? – Он описал пальцем круг возле своего торса.
– Минут через десять отпустит, – сказал я. – Можно курить и активизировать электронику.
Пока мы перекуривали и приходили в себя, Хе-Хе и Камачо совместно колдовали над электронным планшетом, уточняя дальнейший маршрут.
– Через Собачью деревню? – спросил у меня Хе-Хе, сверившись с картой на ПДА.
– Через Собачью деревню, – согласился я. – Только по краешку, сильно не углубляясь. Покурили? Вперед!
Миша Пустельга тихонечко застонал, но с земли поднялся. Ничего, не помрет, а вот от первой линии обороны нам лучше уйти побыстрее. Полноценный привал устроим чуть погодя.
Внутренности мои к этому времени пришли в норму. Значит, отпустила, поганка. Поприветствовала и отпустила. Ну, здравствуй, сволочь ненаглядная.
Я построил свою команду и повел ее в глубь Свалки по зачумленной земле Зоны.
Глава 6. Собачья деревня
На Свалке нам с дичью не слишком повезло. Создавалось такое впечатление, что вся дичь здесь повымерла. Вообще-то ближе к Периметру твари обычно попадаются реже: их регулярно уничтожают и первая линия обороны, и промышляющие здесь сталкеры, и мародеры. Проклятый закон подлости – в другой день я был бы счастлив не встречаться с мутировавшими тварями как можно дольше, но сегодня мы именно за ними и пришли.
Пару раз я замечал вдалеке одиноких сталкеров-новичков, бродящих по давно уже обобранным местам в поисках какого-нибудь мелкого артефакта, которым побрезговали ветераны. Нет, они нам в качестве дичи не годились. Да они и сами были не слишком рады встрече с большим отрядом бродяг и, не зная, чего от нас можно ждать, моментально исчезали, едва мы попадали в их поле зрения.
Один раз мне показалось, что в кустах у кромки леса шевелится псевдоплоть, однако тварь ускользнула так быстро, что я не успел даже приглядеться как следует.
Первые шаги в Зоне – как первые шаги по Луне. Здесь все по-другому. Здесь смерть разлита в воздухе. Когда торчишь тут сутками, к постоянной опасности привыкаешь, однако всякий раз, когда попадаешь сюда после большого перерыва, некоторое время чувствуешь себя очень неуютно.
Метров через сто я показал туристам «стекловату» – самый распространенный и дешевый артефакт, который попадается в Зоне на каждом шагу. Некоторые опустившиеся сталкеры, живущие в Зоне, занимаются исключительно тем, что пасутся по краю Периметра, собирая коричневатые, искрящиеся на свету, невесомые волокна. Впрочем, это похоже скорее на попытку заработать сбором хлопка – чтобы получить от торговца хотя бы на стакан прозрачного, придется сдать ему целый мешок утрамбованной «стекловаты». Говорят, эта штука абсолютно не проводит тепло, поэтому ее кладут между слоями специальной ткани в огнеупорные костюмы. В общем, что собирать «стекловату», что пустые бутылки – один черт: дело, конечно, достаточно безопасное, но хлопотное и абсолютно неприбыльное. В аккурат хватит денег не умереть с голоду, да и то не факт, учитывая чернобыльские цены, которые в несколько раз выше киевских.