Прежде чем двигаться дальше, я скупо, по-мужски похвалил своих охотников, а Мише молча пожал руку. Похоже, они уже начали притираться друг к другу, худо-бедно научились работать в команде и принимать внезапные нестандартные решения. Там, на крыше цеха, они вполне похвально сработали во внезапно изменившихся условиях схватки, а Миша практически спас нас всех.

Затем я сказал:

– Камачо первый, Галлахер приготовиться. Дистанция пять шагов. В оба смотрите…

К счастью, местные собаки, время от времени шуршавшие в кустах над нашими головами, уже привыкли, что к двуногим в камуфляже приближаться опасно, – темные отстреливали их за милую душу, – а более крупные твари нам пока не попадались. И все же идти было еще далеко; на такой дистанции может случиться все что угодно.

Мы прошли уже половину пути по глиняному желобу, когда сверху посыпалась земля и прямо над нами показалась над краем дороги голова припять-кабана. Мутные глаза мутанта бессмысленно уставились на нас. Огромные клыки, числом шесть, задвигались в пасти, издавая омерзительный хруст.

Тварь фыркнула, затем ступила на склон, чтобы спуститься к нам. Опоры массивному копыту не нашлось. Кабан недовольно хрюкнул и затрусил вдоль обрыва туда, где дорога описывала петлю и вырывалась на оперативный простор.

– Отступаем? – одними губами проговорил Стеценко.

Ага. Было бы куда. Обратно к Стронглаву, который вот-вот придет в себя? Наверх нам по мокрому глинистому склону не вскарабкаться, хоть тресни.

Но другого выхода нет. У меня даже зубы заныли от досады. Одного «калаша» с рожком патронов было бы достаточно, чтобы отпугнуть эту тварь. Нет, ну надо же, какая это все-таки подлость – Большое Испытание.

Кабан наконец добрался до поворота и, оскальзываясь, начал спускаться на дорогу. Его дразнил запах свежего мяса.

И тут из кустов с противоположной стороны дороги к нему метнулась огромная грязная лапа и ухватила за загривок.

Вздернутый в воздух кабан яростно заверещал и задергал ногами, пытаясь вонзить клыки в схватившую его лапу. Неведомый противник рывком подтащил его к кустам, в которых скрывался.

Это был старый псевдогигант. Твари на этом уровне в основном водились матерые и солидные. Его мускулистые руколапы были покрыты затянувшимися боевыми шрамами, а неровную голову украшали многочисленные вмятины и кратеры – следы каких-то мутационных процессов. Псевдогигант швырнул кабана на землю, и тот мгновенно кинулся в сторону, заскользил судорожно копытами по мокрой прошлогодней листве. Однако огромный мутант в два скачка настиг его и вдавил ногой в землю. Послышался треск костей. Изловчившись, кабан скользящим ударом пропорол ему лапу страшными клыками, вскочил на ноги – и тут же получил могучий удар сверху другой мускулистой лапой, сжатой в кулак. Оглушенный зверь рухнул на колени, и псевдогигант, взмахивая для равновесия куцыми псевдокрыльями, начал деловито ломать ему кости то одной, то другой лапой, замешивая тушу кабана руколапами, словно тесто для квашни.