предпринять. Можете пошевелить пальцами? Филип сделал попытку. – Не густо, – прокомментировал молодой человек. – Попробуем ее размять. Филипу было нестерпимо больно. Россман провозился с рукой около получаса и по окончании работы сказал, что придет на следующий день. – Лучше не надо, – запротестовал Филип. – Не стоит беспокоиться. В комнату вошла Лара. – Филип, ну почему же ты не хочешь попробовать? – Я уже попробовал, – проворчал он. – Ты что, не понимаешь? Моя рука мертва. И ничто ее уже не оживит. – Филип… – Ее глаза наполнились слезами. – Извини, – тихо сказал Филип. – Я просто… Ну, в общем, мне нужно время, чтобы прийти в себя. *** В ту ночь Лара была разбужена звуками рояля. Она выскользнула из постели и подошла к гостиной. Филип в пижаме сидел за роялем и что-то наигрывал правой рукой. Он поднял глаза и увидел Лару. – Извини, если я тебя разбудил. – Ну что ты, дорогой… – Она приблизилась к нему. – Вот ведь какая ерунда получилась. Ты выходила замуж за известного пианиста, а оказалась женой обыкновенного калеки. Она обняла и крепко прижала его к себе. – Ты не калека. Ты мог бы заниматься массой других дел. – Хватит меня успокаивать! – Извини. Я только хотела сказать… – Я знаю. И ты меня извини. Я… – Он поднял свою изувеченную руку. – Я никак не могу к этому привыкнуть. – Пойдем спать. – Нет. Ты иди. Со мной все будет нормально. Филип так всю ночь и просидел, размышляя о своем будущем. «Какое будущее?!» – со злым отчаянием спрашивал он себя. Теперь они каждый вечер вместе ужинали, затем читали или смотрели телевизор, а потом шли спать. – Я знаю, что я никудышный муж, Лара, – извиняющимся тоном однажды сказал Филип. – Просто…, просто мне не до секса. Поверь, ты тут совершенно ни при чем. – А я выходила замуж не за твое тело. – Голос Лары задрожал. – Я вышла за тебя замуж, потому что безумно тебя любила. И продолжаю любить. И если мы больше никогда не будем заниматься сексом, мне все равно будет хорошо с тобой. Все, что я хочу, – это чтобы ты был рядом и тоже любил меня. – Я и люблю тебя, – проговорил Филип. Чуть ли не каждый день им приходили приглашения на всевозможные званые ужины и благотворительные мероприятия, но Филип упорно отказывался от них. Он ни за что не хотел выходить из дому. – Ты иди, – говорил он Ларе. – Это важно для дела, которым ты занимаешься. – Для меня нет ничего важнее тебя, – отвечала она. – Сегодня у нас будет чудесный тихий домашний ужин. Лара следила, чтобы их повар готовил только любимые блюда Филипа, совершенно потерявшего