я. — Есть. И сегодня твой день. Я медлил. Здесь была своя жизнь, и свои законы. Возможно, новичкам полагалось заняться чисткой унитазов и спать на верхних койках. Но мне эти законы не нравились. Я закрыл дверь. — Мне кажется, Клей Гартер, что ты ошибаешься, — предположил я. — А может быть, ошибаешься ты? И очень сильно? — Может быть, — согласился я. — Но это мои ошибки. Клей двинулся ко мне. Неторопливо. — Кли, он же регрессор! Он приемчики подлые знает! — тонко крикнул светловолосый парень. — Кли, не поранься! Клей не отреагировал. Даже улыбнулся. Может быть, Наставники тоже знают «приемчики»? Или, скорее, он уверен, что амнезия лишила меня всех навыков… Я не успел отреагировать на удар. Заметил его, и понял, что получу в челюсть, но тело было еще слишком вялым, расслабившимся от тепла. Мир качнулся, и я полетел к стене. Ударился затылком, так, что потемнело в глазах. Рука попала на раскаленную решетку нагревателя, и боль ожога привела меня в чувство. Я дернулся, поднимаясь вдоль стены. Из разбитой губы сочилась кровь. — Начнем лечение, — сказал Клей. — Итак, спорить со старшим барака, тем более — Наставником, — плохо… — Ты давно не Наставник! — вдруг выкрикнул Агард. — Оставь парня, Клей! Голос Тараи сорвался, когда Гартер коротко посмотрел в его сторону. Кажется, он тут же пожалел о своем вмешательстве. Но оно придало мне сил. Дало опору покрепче, чем стена за спиной. Так ли я не прав? — Раскаиваешься? — спросил Клей, подходя ко мне. — Нет, — прошептал я. — Парень, тебе плохо придется, — сочувственно сказал Клей. …Что-то менялось. Что-то происходило со мной. Краски становились ярче, звуки — оглушительно-громкими. Дыхание людей казалось громом. Движения Клея — медлительными и неуклюжими. Сердце замерло на миг — и зачастило сумасшедшим, отчаянным ритмом. Тук-тук, тук-тук-тук… Я уже был на этой грани, на последней черте, отделяющей меня от страшного и манящего мига… мига, за которым что-то случится. Тогда, схваченный Тагом и Ганом, я устоял. А сейчас — нет. Клей прыгнул, протягивая руки к моему горлу. Я сместился, ускользая. Тело жило своей жизнью, я лишь следил за происходящим, онемевший, парализованный наблюдатель по имени… по имени… Старший барака врезался в стену, замотал головой, разворачиваясь. Но я уже был рядом. Не торопился, ждал, пока Клей замахнется, отчаянно, уже понимая, что охотник и жертва поменялись местами. «Не бойся, не бойся», — зашептал в голове незримый хор. Знакомо, почти как управляющие системы, но это было совсем другое, совсем… знаю,