— Это почему?

— Кинули бы тебя при сделке, стопудово. Или совсем уже копейки какие-нибудь предложили. И ещё, если ты не знал, то сообщаю тебе дополнительно — за спекуляцию драгметаллами статья есть. До 3 лет лишения свободы с конфискацией. Так что может и хорошо, что вы её продавать не полезли, эту монету.

— Ты меня, блин, совсем расстроил, — закручинился братан.

— Хватит ныть, лучше делом каким-нибудь займись… а с мопедом я тебе так и быть, постараюсь помочь как-нибудь. Саньке-то там что светит в ментовке?

— Через 15 суток вроде выпустить обещали.

— А с отцом вашим чего?

— Через неделю, сказали, выпишут.

— Ну и ладушки, а я побежал, дела.

Родители уже прибыли домой и собирались ужинать, я присоединился.

— Ну что там с переходом в физмат-школу-то? — напомнил я матери.

— Вопрос непростой, — ответила она, — я закинула удочку в эту 38 школу, у меня там пара знакомых учителей есть, они сказали, что попробуют расширить уже составленные списки.

— В конце концов я же не троечник какой-то, — напомнил я, — они там не кота в мешке покупают, а потенциального медалиста и призёра районных и областных олимипиад, я же призовые места там занимал.

— Было такое, — призналась мать, — в четвёртом и в седьмом классах первое место в районе по математике.

— И в восьмомклассе второе место по физике, — напомнил я и продолжил перечислять свои заслуги, — и ещё я в спортивную секцию сегодня записался.

— Да ты что? — удивился отец, — в хоккейную?

— Неа, в теннисную, у нас на Торпедо отличные теннисные корты построили.

— Спорт уж очень непопулярный в СССР, — напомнил отец, — хоть бы в футбол что ли пошёл или в лыжи.

— Вот если с теннисом не получится, тогда подумаю и о футболе, — и на этом наш разговор завял сам собой.

А ночью мне в очередной раз приснился очень странный сон.

Сижу я, значит, за столом в нашем дворе — как и в любом уважающем себя дворе, у нас тут имелся вкопанный в землю длинный стол с лавочками по бокам, на нём обычные заводчане забивали козла, а более продвинутые граждане изредка играли в шахматы. Так вот, стол этот совсем пустой (такое нечасто, но случается), ночь уже настала, поэтому темень кругом непроглядная, а стол освещается яркой двухсотсвечовой лампочкой из ближайшего фонаря.

Что я тут один делаю в такое время суток, не совсем понятно, поэтому я насторожен и несколько на взводе. Откуда-то от северной половины дома появляется странная парочка, мужик и парнишка, причём мужик лысый, а парень в коротких штанах, так у нас уже сто лет никто не ходит. Они приближаются, садятся напротив меня и оказываются соответственно Владимиром Ильичём с пьедестала индустриального техникума и пионером от стадиона «Волга». Самое удивительное в этом то, что я ничему не удивляюсь — ну Ленин, ну пионер, бывает и не такое…