— Привет, Витя, — говорит Ленин, а пионер ему вторит, — здоров, Витёк.

— Добрый вечер, товарищи, — с трудом подбираю нужные слова я, — как жизнь, как дела, как там стоится на своих пьедесталах?

— Ты знаешь, — Ильич достал из кармана своего коричневого пальто пачку папирос, я краем глаза успел заметить, что называются они «Ира», — надоело, если честно. Стоишь там, как болван, а жизнь идёт мимо. Закуришь? — предложил он мне.

А я не удержался от цитирования Маяковского:

— Нами оставляются от старого мира только папиросы Ира… спасибо, Владимир Ильич, не курю я и вам не советую — очень вредная привычка, сокращающая жизнь.

— Да знаю я, — с грустью ответил Ильич, — только мне теперь ничего уже жизнь не сократит.

И они задымили вдвоём с пионером, как два магистральных паровоза.

— Меня вообще-то Павликом зовут, — наконец представился пионер.

— Морозовым? — на автомате вылетело у меня.

— Нет, Борисовым, — не стал дискутировать он, — скульптор меня слепил с этого паренька, детдомовского, между прочим.

— Ну вот и познакомились, — сказал я в ответ, — может партийку в домино забьём, раз уж мы всё равно за доминошным столом оказались.

— Я не против, — сразу сказал Ленин, а пионер Павлик тоже кивнул головой, — только где ты костяшки возьмёшь?

— Вот же проблема какая, Владимир Ильич, — ответил я, выуживая из-под стола контейнер с костями, — они тут всегда лежат в ожидании.

Я вывалил костяшки на стол, перевернул их все как нужно и помешал.

— Во что играем? — спросил я, забирая себе семь доминошек.

— А что, есть какие-нибудь другие варианты помимо козла? — с удивлением спросил Павлик.

— Конечно, — блеснул познаниями я, — есть морской козёл. Есть осёл, телефон, генерал, семёрка… это которые я знаю, а так-то их штук двадцать, кажется.

— Остановимся на всем знакомом козле, — предложил Ленин, — у меня 1:1, я начинаю.

И он с грохотом припечатал этот дубль к жестяному листу, покрывающему поверхность стола. Я выставил 1:6 и уступил ход Павлику.

— А знаете, почему эта игра называется «домино»?

— Не знаем, расскажи, — ответил пионер, выставив баян 6:6.

— Игру эту привезли из Китая венецианские купцы, а назвали её по первому варианту от латинского слова dominus, что значит господин… ну тот, кто выиграл, тот и господин значит, а по второму — от одежд монахов-доминиканцев, они все в чёрно-белых рясах ходили, и игра эта им очень понравилась.

— И откуда ты это знаешь? — спросил Ильич, припечатывая колбасу пули дублем 4:4.

— Книжки иногда умные читаю, — нашёлся я, — в соответствии с вашими же заветами, Владимир Ильич — кто говорил «учиться, учиться и ещё раз учиться»?