– Не сомневаюсь, что в такой уважаемой организации, как армия, имеющей многовековой опыт управления людьми, не найдётся такого способа. – делая вежливый поклон в сторону подполковника, не спорю я. – Только я не ощущаю себя частью армии, хоть и ношу военную форму. Я ощущаю себя первой кореянкой в истории, номинированной на американскую премию Грэмми, выбор победителей которой состоится уже совсем скоро. Ощущаю себя звездой эстрады, медиа-личностью, дающей множество интервью. Вы действительно хотите, чтобы в одном из них я рассказала, как всё было на самом деле? Что шестой флот США зря взбивал винтами воду?

Ошеломлённая пауза, в которой происходит обдумывание прозвучавшей угрозы.

– Сангса. – произносит капитан. – Какую цель вы преследуете, используя шантаж?

– Во-первых, – хочу, чтобы со мной обращались бережно. – отвечаю я. – А во-вторых, – хочу, чтобы меня уволили из армии. Прошу прощения, но мы с ней не созданы друг для друга.

– Уволить вас нельзя. Вас можно только демобилизовать. – улыбнувшись, говорит мне капитан. – А ваша угроза про интервью может быть легко парирована. Достаточно взять с вас подписку о неразглашении.

– Подписку о неразглашении государственной тайны? – уточняю я. – Насколько помнится, правила, регламентирующие обращение с государственной тайной, запрещают делать её носителем несовершеннолетних. А я как раз ещё не вышла из нежного возраста. Вам придётся нарушить закон, чтобы проделать такой трюк, господин капитан.

Офицер в ответ молчит, смотря на меня очень оценивающим взглядом.

– Господа. – говорю я, обращаясь ко всем. – Предлагаю не идти по пути дальнейшего развития конфронтации. Очевидно, что сохранение в тайне истинной причины произошедшего, – в интересах вооружённых сил Кореи и правительства. Поэтому прошу меня не наказывать и отпустить. Я действительно плохо себя чувствую из-за месячных. Добавлю, что искренне раскаиваюсь и сожалею о своём поступке.

Кланяюсь, показывая, что осознал проступок и признаю вину.

Мужики переглядываются. Капитан кивает в ответ на взгляд командира части.

– Только вначале напишите подробный рапорт. – говорит мне подполковник. – Потом, учитывая ваше нездоровое состояние, разрешаю вам обратиться в медицинскую часть, где вам выдадут освобождение от сегодняшних занятий. Скажите, что это моё приказание. Но до того, как вы всё это проделаете, сангса… Прошу честно ответить на мой вопрос. Всё-таки, – зачем вы это сделали?

– Мне было скучно. – просто отвечаю я.

– «Скучно»?!

– Да. Мне запрещено покидать расположение части, запрещено пользоваться телефоном, запрещено пользоваться интернетом, запрещено заниматься тем, что меня интересует. Я просто тупо сижу за забором. А кое-кто в это время гуляет по Парижу и занимает место, на которое не имеет никаких прав. Моё место!