Ангел отвернул от нее свой лик, и Маша разозлилась. — Если ты не будешь отвечать, — сказала она, — я запечатаю тебя в бутылку от шампанского и брошу в пустое пространство. Тебя там никто никогда не найдет. Говоря это, она не была до конца уверена, что сумеет выполнить свою угрозу — но, судя по реакции ангела, такая возможность была вполне реальной. — Хорошо, — отозвался тот, — я отвечу. Но тебе может не понравиться то, что я скажу. — Кто ты такой? — в третий раз повторила Маша. — Я действительно ангел новой жизни, — сказал ангел. — Во всяком случае, в настоящий момент. Но у меня есть и другие занятия и функции, которые значительно важнее. — Тебя вообще-то можно принять и за черта, — сообщила Маша. — Особенно из-за рогов и хвоста. — Убогие человеческие клише. В моем облике все имеет значение и смысл. — Какой же смысл, например, у твоих рогов? — Это не рога. Это как раз тот самый орган, которым я тебя создал. — А зачем тебе крылья? — Я навожу ими пространство и время, — сказал ангел. — Еще с их помощью я заставляю тебя думать, но это на самом деле одно и то же. — А хвост с помпоном? — спросила Маша. — И не надо его прятать, я вижу. — Это не помпон, — ответил ангел, — а священный небесный глаз. — Что-то у тебя все небесное и священное, — сказала Маша с сомнением, — и зрение, и рога, и даже хвост. — Небесное в том смысле, — ответил ангел, — что противоположно земному. У земных существ нет ничего похожего. — Значит, — сказала Маша, — ты хочешь сказать, что создал меня своими рогами? — Именно так. — Как же ты это сделал? — Боюсь, твой слабый ум будет не в силах это понять, — сказал ангел и вдруг раскатисто захохотал, словно только что отвесил какую-то крайне смешную шутку. Он смеялся очень долго, и Маша с испугом увидела, что смех преобразил его. Ангел больше не выглядел юным и хрупким. Теперь у него было обожженое звездным пламенем лицо с мощными надбровьями, переходящими в два далеко отстоящих друг от друга рога, на одном из которых сверкала нитка драгоценных бус из крохотных знаков неизвестного алфавита. Четыре мускулистых руки сжимали малопонятные атрибуты могущества, похожие то ли на погребальные знаки фараона, то ли на восточное оружие. За его спиной подрагивали шесть крыльев — одна пара завивалась вверх, другая вниз, а два средних крыла были широко и грозно раскинуты в стороны. А на конце его хвоста ярко сиял неземной глаз, глядящий на Машу. — Почему ты так смеешься? — спросила Маша. — Потому, — ответил ангел, — что я и есть твой ум. Вспомни-ка, откуда тебе