Они знали бронзу. Знали даже железо. Почти все воины Великого Змея были облачены в доспехи, сверкающие на солнце. Армия крови, шедшая в тени деревьев, недовольно морщилась, смотря на эти отблески. Некоторые её члены. Но это скоро должно было закончиться.
Первый серьезный бой. Толпы безоружных новобранцев строились на опушке леса. К Ордану подвели нескольких подростков.
Удлинившиеся клыки впились в тело первой жертвы. Остальные кричали, вырывались, но дети Ордана держали их крепко. Сам же он наслаждался жизненной силой, праной, шедшей к нему вместе с кровью. Её было много. Она наполняла нутро, взрываясь живительным огнем, расходящимся по жилам. У Ордана было много женщин… Там, в прошлой жизни. Но удовольствие от соития и близко не стояло к чувству вампира, насыщавшегося жизненной силой. Наконец, он закончил. С первым из четырех. Затянутые поволокой тумана наслаждения глаза медленно сосредоточились на шее следующего… Следующей. Это была девушка. Ордан чувствовал её кровь, пульсирующую жилу на шее, бьющуюся артерию… Она даже писк едва-едва сумела издать. Потерявший самообладание лидер вампиров, бросившись к ней, буквально разорвал ей шею, начав жадно глотать. Затем следующий. Еще один… Все? Это все?.. Ах да…
Силы было так много, она так бурлила в теле… Пусть плюнут в лицо тому глупцу, который скажет, что вампиры не живые! Когда они выпьют крови, то становятся живыми. Живее всех живых. В буквальном смысле.
Ордану же требовалось с этой жизнью сейчас расстаться. С частью её. Другие так пока не умели, но его учил сам Князь Кеннис. И долго учил. Целых восемь лет. Он справится…
Лидер легионов крови посмотрел на небо, затянув шипящий речитатив. Он медленно повел рукой по горизонту. Раньше требовалось резать руку — жертвовать крови… Но у вампиров ведь нет нормальной крови. Да и зачем это все? Смысл именно в жертве жизнью. Жизненная сила. Отец Ордан был главой самого многочисленного клана вампиров под рукой князя Кенниса, основавшего их род. И он был самым искусным магом после самого князя. Конечно, были еще те девки…
Ордан не любил первых обращенных Кеннисом женщин. И не понимал смысла, который они несли. Вампиры не занимаются сексом. Не продолжают род деторождением. Потому первые из обращенных Кеннисом не были его личным гаремом. Наверное, князю просто больше нравились женщины. Эстетика… Но он все равно лучший из детей Князя!
Сосредоточившись, прозванный Отцом собрал клубящуюся в теле прану. Смысл магии крови вампиров в жертве. Нужно было пожертвовать жизненную силу вселенной, выпустить её. Ордан знал о пране и мане, пусть и называл их по-другому. И примерно знал, что мана может, казалось бы, больше. Её достаточно было выпустить, четко вложив желание. И она стремилась воплотить его. Любым способом. Прана иная. Она не оформляется желанием, не податлива мысли… Но она сливается с маной так, словно они есть общность одного целого. И лучше всех это выходит у вампиров. Корбины тоже умеют что-то такое. Князь Кеннис и не скрывал, что первые его знания пошли от этих разумных ящеров. Но Корбины выпускали прану вместе с кровью и использовали ману, чтобы направить свое желание. Смысл в том, что мана и прана живого существа очень близки. И, если их источник изначально один, даже капля маны может трансформировать прану, заставить жизненную силу творить невозможное. Слить жизнь со вселенной и воплотить даже каплей праны такое, что и лохань чистой маны сделать не сможет! Но магия корбинов ущербна. Их колдовство не синергично. Другое дело — вампиры.