— Осталось недолго, нам нужно всего-то продержаться. Декаду? Не больше, я думаю.

— Всем бы такой настрой, как у тебя, Первая Фурия.

— Есть сомневающиеся? — прищур изумрудных глаз возрастного мужчину слегка рассмешил.

— Есть, и много. Все мы люди.

— Все мы служим Владыке, — жестко припечатала Лира.

— Те, кто служит усерднее, становятся старейшинами. А слабые, в чьих сердцах страх, неуверенность, просто служат. Понимаешь разницу?

— Да, — Лира молча повернулась обратно к выходу из хижины. Вид был не лучший — стена, снующие время от времени люди, но лучше, чем пялиться в стену.

— Вижу, недовольна ты. Хочешь — подниму настроение? Недавно прибыли трое гостей. Наши союзники.

— У нас есть союзники? — эта новость действительно была необычной.

— У всех есть, отчего же нам их не иметь?.. — старейшина, судя по голосу, усмехнулся.

— И кто? Королевство Огненных Скал? — самый вероятный из возможных «союзников».

— Что за сарказм в голосе?

— Хороши союзники — всего трое.

— Трое, но каждый не уступает мне, — мужчина самодовольно огладил бороду, когда неугомонная девушка к нему снова повернулась.

— Ты серьезно?

— Абсолютно. Я закончил, кстати, — он дернул косу особенно сильно, затягивая тугой узел из волосяного каната. — Можешь пойти посмотреть на них. Может быть, познакомишься с кем-то, кто не отправится к Владыке… Хар… Хар… — порыкивания на конце смешков для него были привычным делом. Но все равно — неприятная особенность речи. Лира поморщилась. Слабые есть слабые. Двое мужей, четверо детей от первого, двое от второго. Мужья погибли. Дети следом. Заботиться одной о них в суровых условиях гор она не может… Не могла. Уважаемая ныне жрица теперь уже имела бы такую возможность. Но она не жалела, что её сыновья и дочери сейчас у подножия трона Владыки. Разве что самую чуточку… Нет! Не жалеет и точка! Тем более Владыка скоро освободится. Быть может, он позволит ей увидеться с ними… Наверное. Или нет. Нет, не стоит даже о таком просить, коли возможность выпадет. Такие порывы есть слабость. А слабость есть худший из грехов и пороков. Слабые отцы. Слабые дети. Никто бы не стал им помогать. Сильные же отцы не умирают. Все по слову Его, все по закону Его.

Выйдя из хижины, Лира и вправду нашла пришельцев, необычно выглядящих среди местных людей, обладавших сероватой кожей. Они стояли прямо около большого стола под навесом во внутреннем дворе крепости. Фактически внутренний двор — это огромное пространство. Крепость — стена, перегораживающая ущелье. Точнее, вынесенная далеко вперед большим треугольником. Само ущелье внутри перегорожено еще четырьмя небольшими укреплениями, но они призваны лишь задержать врага. Вряд ли кто-то и в самом деле рассчитывает, что двухметровый частокол или каменная баррикада из булыжника кого-то остановит. Тем не менее места во Второй Крепости хватало. Не то что Первая, павшая недавно. Но она долго стояла. Много времени им выиграла…