— Жанейро, это тот португальский выскочка? Сын Диаша? Тамплиер?

— Да. Мы с вами именно его и обсуждали.

— Да… Этот… Маркиз… Высоко поднялся на наших специях, если его капитаны покупают собственные корабли. Сколько он у Диаша отслужил?

— Пять лет, ваше императорское величество.

— Что со звездочётом? Отдал свои записи?

— Нет, ваше...

— Давай просто поговорим, Джираломо.

— Не отдал. Говорит, всё в голове. И расчёты, и таблицы. Но нам они и не нужны, мой император. Вы же знаете, я сам ходил под парусами и сейчас бы… Если бы вы отпустили, то сам бы пошёл.

— Здесь дел по кипу[2], — отмахнулся Карл. — Пусть им займутся наши братья. Почему нам не нужен звездочёт?

— Пролив в Восточное море открыт. Магельянш назвал море «Тихий Океан». Мануэл карты спрятал в хранилище, но оно доступно его капитанам, и мы получили их копии. Да и Мартинес, так зовут «нашего» капитана, самолично проходил из Атлантического океана в Тихий, и обратно. Так, по крайней мере, он рассказывал своим друзьям в кабаке. Тот, что у арсенала… Он каждый вечер там. Уже неделю. Проживает там же в верхних апартаментах. В первый вечер отдал хозяину золотой английский фунт и ни в чём себе не отказывает. Но особо никого не угощает и не шикует. Прижимистый. Мои люди подпоили его и обыскали вещи. Ничего интересного. Даже больших денег нет. Похоже, золотой был единственным.

— Однако, корабль строит?

— Построил.

— Большой? Какой тип?

— Проект был предоставлен им на пергаментах год назад. Весьма детальный и понятный. Но необычный. Похож на английскую каракку «Грейт Гари».

— Перерисовали?

— Да, сир.

— Говорили с ним? Что он хочет? Для чего ему корабль? Амбиции?

— Амбиции одни — деньги. Он бредит мускатным орехом. Мечтает наняться к Диашу, но говорит, что у того своих кораблей хватает. Пока наши интересы ему не раскрывали.

— Я не зря сказал про дела. Дел много. Я в Севилье ненадолго. Решайте с ним. Приглашайте во дворец. Обещайте долю от пряностей. Один остров, наконец из шести открытых. Наследники у него есть?

— Нет, мой император.

— И не будет…

1519 год. Декабрь. Испания.

Мартинес сидел за столом и ковырял ложкой гуляш с гороховой кашей. Командировка подходила к концу, а большая рыба не клевала. Видимо командир ошибался в своих расчётах. Стол, за которым сидел Мартинес, был пуст. Собутыльникам он надоел своими разговорами про специи и жадностью. Это Мартина радовало. Можно было посидеть и спокойно поесть.

Он понимал, что, скорее всего, те трое, что выпытывали у него не только про путешествия, про пряности, но и про семью, и где вырос, это именно те, что нужны командиру, и что крупную рыбу надо ждать. Поэтому он наслаждался тишиной и покоем уже несколько суток.