Меня выдернули из первой шеренги почти силой и вытолкнули в тыл. Я вбежал на борт десантного корабля, осмотрелся и дал сигнал.
Громыхнули залпы корабельных орудий и орудий, вытащенных нами на берег.
Все наши воины опустились на одно колено. Громыхнуло уже над головами и в рядах противника. Мерзко засвистели колотые чугунные осколки.
Армия султана дрогнула и отступила, перешагивая через раненых и убитых. Мы снова бросились вперёд, рубя и кроша. Через минуту, по сигналу трубы, мы снова, неожиданно для отступающих рыцарей, ругающихся по-английски, откатились назад и по второму сигналу залегли. Пушки выплюнули тридцатисантиметровые гранаты. Снова в толпе рыцарей многократно громыхнуло.
Крики и стоны раненых только разжигали огонь в сердцах индейцев. Они бросились добивать врагов, потому что каждый убитый ими в бою противник улучшал их карму перед богами и предками.
— Хай-я! — Разносилось вокруг.
[1] Я не враг!
[2] Помещённым в гильзу из тонкого материала. Здесь — металла.
[3] Там, где живут синеглазые аборигены.
[4] Новая Гвинея.
[5] Город Кидири.
[6] Султанат Демак
Глава 16
Мои шпионы отлично знали султана в лицо, но опознать среди убитых и живых не смогли. Дворец султана тоже был пуст. Женщины и дети, скорее всего, попрятались по соседним жилищам, а султан скрылся, оставив после себя ещё теплые подушки.
— Крепкий Зуб, — позвал я старшего охотника-следопыта. — Пускайте собак по следу. Беглецы не должны были далеко уйти.
Зуб завёл собак в покои султана и дал обнюхать подушки. «Шоло», как называли индейцы Амазонии этих чернокожих бесшёрстных собак, которых индейские женщины вскармливают своим грудным молоком, становились прекрасными охотники и хорошими следопытами. Я не сомневался, что султан далеко не уйдёт.
Мы бежали за стаей собак около получаса по хорошо протоптанной узкой дорожке, когда вдруг услышали лай.
— Чак-чак! — Крикнул Зуб.
Собаки стихли и вскоре вернулись. Индейцы рассыпались по лесу, и мы продолжили бег, но уже осторожнее.
Передо мной бежали два наших воина, которые вдруг резко остановились и выпустили по две стрелы. Пролетела стрела и мимо меня, стоящего за деревом.
Я продвинулся вдоль дороги, переходя от дерева к дереву, и увидел стоящих за деревьями латников в кожаных с бронзовыми нашлёпками доспехах, а среди них несколько человек в богатых, но изодранных халатах.
Подбежали арбалетчики.
— Всех латников, — приказал я, проведя пальцами по горлу.
С флангов не стреляли, а только шумели, гортанно выкрикивая малайские ругательства, которые мой индейцы выучили в первую очередь.