— Спасибо, я там уже был — не понравилось. А ты прибор сними, раз такой нервный, — посоветовал я, с равнодушным видом пройдя сквозь строй неохотно расступившихся тварей. — И вообще, хватит причитать — мы почти пришли.
Бурча на весь белый свет и вполголоса чертыхаясь, Лойд наконец добрался до двери и, сочно обматерив заступившую ему дорогу тварь, с видимым усилием игагнул прямо сквозь нее. Гуль оскалился, в последний момент все-таки убравшись с дороги, а когда следом за магом вошел я, тварь раздраженно клацнула зубами и наконец убралась на улицу.
Окинув взглядом узкую лестницу, проходящую через все здание от подвала до самого чердака, я вздохнул и снял линзу с левого глаза.
Хорошо, что внутри ни одной твари не оказалось. Такого испытания моя нервная система, пожалуй, могла бы не выдержать. Да и Лойд вон прибор снимает. Нечего его шокировать.
— Нежити нет. Посторонних артефактов тоже не чую, — буркнул маг, перехватив мой вопросительный взор. — По крайней мере, таких, что могли бы вызвать столь бурную реакцию. Защита снаружи стандартная. Ничего необычного. И с утра в здании совершенно ничего не изменилось.
— Кроме гулей, — согласился я, направляясь к лестнице.
— Странно, что ваша защита их больше не отпугивает.
— По мне, так она, наоборот, начала их привлекать, — проворчал я, спускаясь в подвал, где Йен хранил старые дела. — Но я, хоть убей, не понимаю, почему это происходит.
Лойд неопределенно хмыкнул, кажется, не слишком в это поверив, а когда мы добрались до двери архива, вдруг повернулся и совершенно серьезно спросил:
— Ты считаешь, твари явились сюда не для того, чтобы кого-то из нас выследить или убить?
— Разве ты видел, чтобы хоть одна из них пыталась сюда прорваться? — прищурился я. — Заклинания на стенах не повреждены. Гули их даже не тронули. А значит, им нет дела до того, что творится внутри. Они просто сидят и ждут.
— Чего?
— Не знаю, — медленно проговорил я. — Но думаю, это скоро выяснится.
Глава 3
Когда мы вошли в архив, оказалось, что там нас никто особо и не ждет, а сволочь Йен, вместо того чтобы разгребать скучные и пыльные бумажки, сидит за накрытым столом и, отодвинув дела в сторону, с удовольствием уплетает плюшки.
Напарница Лойда от него не отставала, потому что сидела напротив, мило улыбалась и, наплевав на субординацию, бессовестно трескала пирожок с повидлом.
Чет, кстати, тоже оказался здесь — скромно притулившись на табуретке, замерзший до полусмерти мальчишка зябко кутался в свой тулуп и жадно догрызал куриную ногу. Недопитая кружка стояла рядом, а стопка перепачканных в курином жиру салфеток наглядно доказывала, что наши коллеги с пользой проводили время.