Катя подбежала к окошку:

— Мои гоблины! — заорала она на улицу. — Берите их живым! Опыты, орки вы! Что за орки⁈ На о-пы-ты! Резать, изучать! Нельзя убивать без смысла! Это не имеет смысла! Смысл! Гоблины! Орки! А-а-а!

В отчаянии она схватилась за голову.

— Кать. Ты тоже вены готовь. Мне нужно больше крови. Хочу хоть немного увеличить концентрат.

— Эй, вестник!

Я завертел головой, не понимая, кто это сказал.

— Я тут!

Я обернулся. Один из связанных эльфов с проседью на черных волосах, обратился ко мне:

— Отрежь палец вот у этого, — он кивнул на половину гоблина, которого я порвал первым. — Он откроет дверь в подземелье служебных машин. Возьмите красный анаркт в северном крыле. Он принадлежит госпо… главному гоблину. Очень крепкий и вместительный. Вы сможете убраться отсюда, пока на улице беспорядки.

— О, спасибо.

— Пожалуйста, вестник и… благослови тебя Ашхая. Я всегда знал, что ты вернешься. Мой отец… он… был в Серпе и погиб за него после твоего исчезновения. Мне рассказывала мать, как ты вселился в него и показал, что такое настоящая сила. Вестник. Показал всем нам. Мать всегда говорила, что такие как ты не могут просто исчезнуть. Господин Трайл… спасибо тебе. Спасибо…

Эльф расплакался. Очень редкое зрелище.

— Как тебя зовут, друг?

— Дердауин.

Я подошел к изуродованному гоблину и, несколько раз провернув с хрустом его палец, вырвал с корнем.

— Я запомню тебя, Дердауин. Прощай.

Я кивнул остальным, и они последовали за мной. Астария задержалась, подошла к эльфам, цыкнула.

— Асти, — обернулся я. — Ну что?

— Ты — мужчина. Ты — эльф. Не позорь наш род слезами, Дердауин.

Она вытащила из ложбинки декольте что-то, напоминающее ржавый нож. Ооот, сучка, на свалке успела отрыть. Эльфы с ужасом посмотрели на нее.

— Асти? — предупредительно сказал я, шагая в ее сторону.

Астария занесла заточку и…

… срезала путы эльфа. Кинула ему в ноги нож.

— Смой свой позор кровью, Дердауин.

Астария величественно развернулась, пошла к нам.

— Мы уходим, Рео.

Перед тем, как дверь закрылась, я заметил две вещи. Как эльф перестал рыдать и потянулся за заточкой. И уважительный взгляд Элизиумы на ледяную королеву Астарию, младшую майру, магессу обители бледной зимы, бывшую ведущую ловчих.

Пока мы бежали в подземную парковку, я обратился к Астарии:

— Слушай, это конечно круто, но ты в курсе, что твой жест выглядел двусмысленно? Ты ему что, самоубиться предложила?

— Не говори ерунды, Рео. Я предложила ему выбор.

— То есть «смыть позор кровью» можно, убив себя — слабака, либо зарезав пару гоблинов?

— Именно. Если он сделает первое, то умрет слабаком. Это его выбор.