— Ну, ежели только так, — поджав губы, все же кивнул Протопопов.
— Только так! И никак иначе! — мгновенно закивал в ответ гость из будущего и, в очередной раз вздрогнув от цокнувшей по броне машины пули, перекрестился. — С Богом, Коля! И если я погибну, считайте меня коммунистом! — нервно хихикнул он, повторив некогда ставшую крылатой фразу из старой шпионской кинокомедии, после чего навалился всем весом на дверь, что находилась с противоположной стороны от нападающих.
Неожиданное вмешательство в щелчки пистолетных выстрелов рокота двух автоматов на удивление очень быстро подвело черту под затянувшейся перестрелкой. Если прежде, чем вмешались VIP-пассажиры со своими «трещотками», пальба шла уже минуты три, то стоило зазвучать стаккадо коротких злых очередей, как в течение полуминуты все затихло вовсе. Лишь разливались по ближайшим улицам свистки дворников и городовых, сопровождаемые ржанием перепуганных лошадей да визгом не менее перепуганных дам.
Впрочем, даже за эти тридцать с копейками секунд произошло много чего. Получил пулю в плечо и осел на подножку машины едва пришедший в себя старший смены телохранителей. Очень уж зря он полез из машины, из-за которой били два автоматчика, тем самым привлекая к себе внимание всё еще не погибших стрелков. Весьма неудачно высунулся из-за своего укрытия Николай Николаевич, за что и получил сквозное ранение бедра. Хотя, справедливости ради, стоило отметить, что троих нападающих он успел достать прежде, чем вынужден был заняться своей закровившей ногой. Споткнулся и полетел кубарем по мостовой первым вылетевший на место перестрелки молоденький городовой — бедолаге пуля попала прямо в сердце, сразу же свалив того наповал. Погиб и один из охранников со второй машины, у которого очень не вовремя заклинил пистолет. Что же касалось привнесшего столько изменений в жизнь сотен миллионов людей пришельца из грядущего, то его тело с залитой кровью головой охранники нашли рядом с капотом Роллс-Ройса, все еще сжимающим в руках пистолет-пулемет.
Эпилог.
Генерал-лейтенант Илья Леонидович Татищев, адъютант императора, прошел в кабинет Николая II и доложил о прибытии на аудиенцию тайного советника Протопопова Николая Николаевича. Уже два месяца прошло с тех пор, как отставной контр-адмирал был ранен и потому уже успел достаточно восстановиться, чтобы не было нужды ехать к нему самому, вызывая тем самым никому не нужные подозрения. А ведь тема для разговора у них имелась очень животрепещущая, да к тому же не терпящая лишних ушей.
— Проси, — коротко бросил хозяин кабинета. — Как проводишь его, ко мне никого не пускать. Меня нет ни для кого. Ясно? Ни для кого, — очень четко проговорил он, а то случалось пару раз во время очень важных разговоров проникновение супруги, либо же матушки, которые хоть и стали российскими императрицами, но глубоко в душе продолжали оставаться принцессами своих родных государств. Вот и шпионили мало-помалу, располагая во дворце своей агентурой.