Глава 5. Восток — дело тонкое. Даже Дальний!
«Деньги — кровь войны» — изрек когда-то Наполеон Бонапарт. И этот невысокий корсиканец был чертовски прав! Но также деньги выполняли функцию крови для экономики с политикой, без существования которых любые войны не имели бы никакого смысла. В общем, все в современном мире делалось из-за денег ставших мерилом качества жизни, что отдельного человека, что целого государства. И вот на одну из крупнейших артерий, предназначенных для перетекания этой жизненно необходимой основы из одного кармана в другой, свалилась напасть в лице Восточно-Азиатской крейсерской эскадры Кайзерлихмарине. Очень уж удачной в этом плане вышла для немцев Русско-Японская война. Сперва, явно готовясь к ней, Россия выменяла для себя у Германии полдюжины отличных на то время крейсеров в обмен на полученные от Испании за поставку броненосцев острова. Потом уже кайзер вовремя подсуетился и застолбил за собой Формозу с Пескадорскими островами, за что, правда, тогда уже Германии пришлось расплачиваться, заказывая постройку крейсеров для своего флота на русских верфях. Тех самых крейсеров, что ныне выступали в этом регионе главным пугалом для английского и французского флотов. Да и самим русским тоже стали поперек горла, честно говоря.
Что солидно разросшаяся и обзаведшаяся огромным количеством батарей береговой обороны военно-морская база на Пескадорских островах, что немногим менее крупная, но не менее стратегически значимая военно-морская база в заливе Корон, самим фактом своего существования буквально запирали всю морскую торговлю Европы с Китаем и Японией. Первая, раскинувшаяся посреди Формозского пролива, который разделял Формозу с континентальной частью Империи Цин, стала отличной стоянкой, как для эскадренных броненосцев с броненосными крейсерами, так и для подводных лодок. Вторая, вроде как окруженная филиппинскими владениями Соединенных Штатов Америки, превратилась в идеальное укрытие для легких крейсеров, эсминцев и субмарин, откуда они могли контролировать все Южно-Китайское море. Но если последнюю еще можно было как-то заблокировать, подавив огнем броненосцев орудия береговой обороны, раскинутые по окружающим залив островам, а после, выставив на подходах солидные минные заграждения, то подступиться к первой виделось чем-то из разряда невозможного. Ни полностью блокировать ее своими кораблями, ни перекрыть якорными минами проходы из образованной островами внутренней гавани, не представлялось возможным вообще. Слишком уж вольготно там себя чувствовали германские подводники, успевшие вкусить кровь врага в первый же месяц войны.