Вот я и нахожусь в раздумьях — убивать или нет творца этого экономического скачка Штейна? Меня действительно начали посещать эти мысли, чем дальше наш отряд продвигался вглубь страны. Вернее, мы плыли по Эльбе. Но невооружённым глазом было заметно, что Дрезден, Дессау и Магдебург буквально бурлят от деловой активности. Немцы весьма грамотно воспользовались наличием двух удобных транспортных артерий, по которым шёл торговый трафик. Он и раньше был немалым, но отмена границ, таможен и прочих препон дали отличный результат. Рейн и Эльба сейчас просто кишели баржами, идущими в обеих направлениях. Хорошо, что я так и не дал уговорить себя Шарлотте начать поставку немцам наших паровых двигателей. Ну как не дал? Мы договорились об отсрочке до конца войны. Сами переговоры шли бурно и закончились к взаимному удовольствию сторон. Но обо всё по порядку.
Ловлю себя на мысли, что мне начала нравится семейная жизнь в этом времени. Раньше я о детях вспоминал по великим праздникам, находясь на очередной войне или крайне важном мероприятии. Сейчас мне стало всё тяжелее переносить разлуку с этой весёлой и неугомонной бандой. Анна давно перестала бороться с тем, чтобы загнать наше общение в рамки приличий этой эпохи. Но я искренне не понимал, почему нельзя поиграть с детьми в петанк, пожарить совместно шашлыки или прочитать малышам сказку на ночь. В итоге победа оказалась за нами. Хотя супруга больше ворчала для приличия, сама получая удовольствие от нашего общения.
Пять месяцев в Херсоне пролетели незаметно. Нет, я не бездельничал, сидя в своём кабинете. Руководство огромным регионом с меня никто не снимал. Мотаться по городам Югороссии не было никакого смысла. Не для того я выпестовал чиновников, чтобы стоять у них над душой. За несколько лет у нас сложилась весьма организованная система управления. Я старался как можно дальше отойти от ручного управления, которое применял на первых порах. Пусть люди лучше набьют шишки, чем лишаться возможности самостоятельно принимать решения. И это давало реальные плоды. Со скрипом, но работа всех государственных органов вызывала всё меньше нареканий. Ещё я поставил себе задачу очистить госаппарат от бездарей и разного рода протеже, умудрившихся просочиться сквозь сито тестирования. Ревизион-коллегия тоже не дремала и ловила казнокрадов.
Но есть проекты, которые требуют моего непосредственного участия. В первую очередь — это железная дорога. К сожалению, количество инженеров, переехавших из Новгорода, было ограничено. Мы уже на месте обучали и повышали квалификацию людей. Ветку решено было тянуть по трём направлениям. Сначала в Николаев, а далее до Екатеринослава и Севастополя. Вторым значимым проектом было строительство моста через Днепр, который мы пока решили заморозить. По самым скромным подсчётам — это монументальное сооружение сожрёт денег больше, чем строительство железки до Кривого Рога. Нет пока таких технологий, чтобы в разумные сроки построить мост длиной пятьсот метров. Сейчас между городами нет большого торгового трафика, поэтому удобнее пользоваться паромом. Но инженеры тренировались на более мелких сооружениях, нарабатывая необходимый опыт.