Но миланцы еще не закончили, и стали идти за ними, чтобы досказать. Победители стали прибавлять шаг, чтобы надоедливые проигравшие наконец отстали. Но миланцы тоже стали прибавлять шаг. И даже побежали. И не переставали что-то говорить на итальянском.

И тут, внезапно, появилась миланская конница. Как вы, возможно помните, по битве при Леньяно, итальянскую конницу мало просто разбить и рассеять. Будучи от природы людьми любопытными, итальянцы никогда не уедут так далеко, чтобы не видеть чем кончится дело. Вот и тут, увидев, что дело кончилось вроде как отступлением интервентов, они немедленно присоединились к веселью.

На самом деле, надо отдать им должное — и наемные савойские рыцари и всадники с миланских окрестностей драться умели и трусами не были. Видимо, в битве они не смогли поучаствовать по объективным причинам, но зато во время преследования вполне проявили свои качества. Они не дали отступающим врагам и шанса сплотиться и уйти. Они разорвали построения пехоты и упорно, не считаясь с потерями убили их всех. Они несколько десятков километров вели изнуряющее преследование вражеских всадников и уйти удалось далеко не всем. Даже самого Лодризо, не взирая на сильную и преданную свиту телохранителей, миланцы загнали как волки лося. Методично перебив тех, кто был рядом с ним, самого Лодризо взяли живьем.

Так Лодризо Висконти в один день стал и победителем и проигравшим. А Адзоне Висконти в этой истории, как и во многих других, опять был ни причем.

Битва при Парабьяго если не самой кровавой, то одной из самых ожесточенных битв средневековой Италии. Источники единодушны — армия Лодризо потеряла около половины своего состава, в том числе всю пехоту и обоз, уйти удалось только тем, кто был верхом. Эти потери обычны для потерпевшей поражение армии.

Но и победители, сборная Милана, потеряла около трети своего состава. Я уже подробно останавливался на вопросе потерь средневековых армий, с примерами и доводами, сейчас просто напомню, что потери победившей стороны в эпоху холодного оружия никогда не превышали десяти процентов. Однако данный пример это опровергает. дело в том, что при Парабьяго имело место целая череда крайне ожесточенных схваток, в которых проигравшая сторона обычно была полностью истреблена. И в начале терпели неудачи и несли потери несли в основном миланцы. То, что они смогли перетерпеть такое чудовищно трудное начало, несомненно делает их подвиг по настоящему великим. Такое редко кому удается.

Но это описание, только мое скромное мнение. Сами миланцы объясняют свою чудесную победу намного проще и куда более правдоподобно — чудом.