— стравить Россию с Испанией и Францией, чьи притязания на Минорку не были ни для кого секретом; — испортить отношения между САСШ и Российской империей. Россия от этого предложения тоже отказалась. Позже секретарь премьер-министра Англии Эдмунд Берк писал: «По окончании войны (за независимость) у Англии появилось много времени, чтобы поразмышлять о том, как она стала отверженной, о своей абсурдной и глупой политике, под влиянием которой она нарисовала сама себе совершенно неопределенного союзника (Россию), при этом обе страны подозревали друг друга в двойной игре». Разговор на последней встрече Харриса и Екатерины был воспроизведен в мемуарах посла: «У императрицы было сильное желание помочь нам, но она не хочет погружать свою империю в новые войны. У нее самое высокое мнение о нашей силе и нашем духе, и она не сомневалась, что мы превосходим и французов, и испанцев. Рассуждая о восстании в Америке, Ее Величество посетовала, что мы не смогли остановить бунт в самом начале, и намекнула, что, может быть, стоит остановить войну и дать колонистам то, что они просят, — независимость? Я спросил ее, а если бы эти земли принадлежали ей и если бы иностранная держава предложила ей мир на подобных же условиях, согласилась бы она? Екатерина с горячностью ответила: „Я предпочла бы сложить голову, чем подписать подобный мир!“» А теперь ответим на вопрос, зачем Россия вела такую политику? Ответ будет прост: великие державы, занятые войной между собой, развязали Петербургу руки в решении вопроса Крыма и Северного Причерноморья. Так, министр иностранных дел Великобритании лорд Грэнтхэм, узнавший 18 апреля 1783 года о манифесте Екатерины Великой по поводу присоединения Крыма к России, первым делом запросил, какая реакция на манифест была у французов. Узнав, что правительство Людовика XVI выдало только невнятное мычание (французы сначала пообещали послать флот в Черное море, но их щелкнули по носу сами турки, сказав, что не пропустят французские корабли через Дарданеллы и Босфор), он произнес: «Если Франция совершенно спокойна за турок после захвата Крыма, то почему мы должны вмешиваться? Нет никакого смысла из-за куска далекой степи начинать новую войну». Собственно, со всей уверенностью можно сказать, что действия России способствовали проигрышу Британии в войне 1775–1783 гг. И конечно же, подобные действия оттолкнули Англию, причем Лондон и рад был бы отказаться от союза с Петербургом, но… Россия в период с 1742 по 1782 годы поставляла от 90 до 96 % пеньки, необходимой кораблям