Но зато она охренеть какая красивая и радует глаз, вот!

А наше путешествие продолжалось. И вновь бесконечные барханы, бесконечный солнцепёк и песок в самых неудачных местах.

Собственно, я был прав и первый потом эмоций по поводу девушки спал. Буквально неделя, и я вовсе к ней привык, уже не чувствуя тех самых «бабочек в животе». Просто милая девушка-попутчица, которая беспрекословно выполняет все мои приказы.

Хотя я ей особо-то ничего и не приказывал. В кровать насильно не тянул, караулить не заставлял, как приманку в подозрительных местах не использовал. Несмотря на то, что технически она была моей рабыней, относился я в душе, да и на деле к ней, как к обычному человеку, не делая то, что не сделал бы в любой другой ситуации.

Да и Джа не была привередливой или капризной. Её явно хорошо воспитывали, сделав по истине покорной и послушной. Что ей не скажешь, она всегда ответит или «да», или «нет», стараясь выполнять любое поручение по мере своих сил. Плюс в девушку вложили определённые настройки.

Я это к тому, что теперь каждое утро меня ждал завтрак и то, что здесь называли чаем — она вставала пораньше и всё это готовила, чтобы мне не приходилось самому всё доставать. Джа бы и обед с ужином мне готовила, но здесь я обычно справлялся уже сам.

— Как ты думаешь, она станет когда-нибудь нормальной? — негромко спросил я Люнь, в первую очередь, наверное, всё же желая разговорить обиженную призрачную дурочку и заставить помериться со мной.

— Откуда мне знать? —­ спросила Люнь недовольно.

— Ну по личному опыту?

— По личному опыту?.. — задумалась она. —­­ Я бы сказала, что вряд ли она когда-нибудь избавится от этого раболепия. Она ведь и сама не сильно стремится к свободе, разве нет? Или тебя совесть мучает, что ты об этом разговор завёл? — прищурилась она.

­— Почему, мучает совесть — не понял я.

— Всё же ты взял в рабство человека. Снизил его личность до уровня предмета, которым пользуешься. Раньше бы ты так не поступил.

— Ну во-первых, раньше я и другим человеком был. А потом, я же не использую её как раба, верно? Да, технически она раб, но я особо ей ничего не приказываю, не гоняю, отношусь по-человечески. Можно сказать, что наоборот освободил.

— Но ошейник, как я погляжу, ты не снял? — криво усмехнулась Люнь.

— Это на всякий случай, — покачал я головой. ­— Мало ли…

— Мало ли?

Да, именно что мало ли, потому что сейчас мы видели перед собой обычную милую и скромную девушку, но спади поводок и где гарантия, что она не превратится в настоящего монстра? Пусть лучше на поводке побудет, а там видно станет по её поведению...