— Ложись, голову на колени, приступим.

— Как же я устал… Чёрная Лисица, вы не устали меня исцелять?

— Нет, — спокойно ответила она и, как мне показалось, пожала плечами. — А почему должна?

— Ну не знаю, тратить силы на одно и тоже занятие. Это должно быть утомительно, нет?

— Я поняла тебя, но нет, не устала. В конце концов, я исцеляю не чужого человека.

— А родного? — усмехнулся я.

— В каком-то плане мы действительно родные, Юнксу, — ответила она вполне серьёзно. — Ты, я — нас связывает куда больше, чем тебя и, допустим, Люнь или Джа.

— Эй, я так-то практически часть его души! — возмутилась призрачная.

Но Лисица её проигнорировала.

— Ты мой ученик, я твой мастер, мы оба решили держаться вместе, хотя судьба дала нам возможность пойти своими путями.

Возможно, она имела ввиду тот случай в секте Восхода, когда я сказал, что при любом раскладе она будет моим мастером. А она… она не отказалась и попыталась мне помочь.

— А чем вы займётесь, когда всё закончится? ­— поинтересовался я.

— Не знаю, я не думала. Наверное, я отправлюсь куда-нибудь… куда-нибудь отправлюсь. Мир большой, ещё полно удивительных мест и потрясающих городов, которые стоит посетить на моём веку, — ответила она отстранённо, а может и слегка мечтательно. — А чем ты займёшься, Юнксу, раз уж ты расспрашиваешь о моих планах?

— Тоже путешествовать подумываю, — ответил я, немного подумав.

Стало как-то тихо, будто она обдумывала мои слова. Жаль, я не мог увидеть её лица в данный момент.

— Вы замолчали. Удивлены?

— Частично да. Ты не тот, кто похож на любителя познавать мир.

— А на кого я похож?

— Как твой мастер, я бы сказала, что ты охотен до силы, и будешь биться до самого конца, пока не ляжешь или же пока не станешь сильнейшим.

— Сильнейшим где?

— Сильнейшим в этом мире, — ответила Лисица невозмутимо.

Это прозвучало… сильно. Я вообще никогда не задумывался о том, чтобы стать самым-самым в мире ещё у себя на родине. А здесь, где мир настолько громаден, что даже самолётом не облетишь, такое звучит и вовсе фантастически. Особенно, если речь идёт о том, чтобы стать самым сильным в мире.

Сколько ещё вот таких кадров, как я, бродит по нему, но куда более талантливых и охотчивых до силы? А сколько сидит по местам, каченых-перекаченных, готовых зубами рвать любого, кто посягнёт стать сильнее их? Где они и где… я, человек, который вылазит из любой ситуации на немыслимой удаче?

— И вы верите в то, что я доберусь до вершины этого? — усмехнулся я кисло.

— Проблема, мой дорогой Юнксу, в том, что иногда сильнейшим становится именно тот, кто этого совсем не желает. Это называют проклятием сильнейших.