Макс, перешагнув через труп изрубленного ракса, буркнул:
– Ты бы еще в горящем танке завел такой разговор.
– Ну ладно, вечером договорим, ты прав.
Ворота Измаила язык не поворачивался воротами называть – большая калитка. Встав возле них, Кабан задрал голову, посмотрел на перепуганных защитников и поинтересовался:
– Мне постучать или так откроете?
– Так это… того… Так мы ворота изнутри заложили. Не открыть их теперь никак – там целая баррикада.
– Да… вас в… и!.. И маму вашу тоже! – от души высказался Кабан. – А нам срочно надо к вам попасть, пока эти уроды не вернулись!
Сверху уже другой, нетрясущийся голос посоветовал:
– Вон хайты успели несколько лестниц закончить. Тащите их сюда, по ним и заберетесь.
Макс чуть тоже не выругался – и как это он не догадался сам.
Южане подхватили несколько лестниц. Тяжелые жердевые громадины, скрепленные кожаными ремнями, даже тащить было нелегко, не то что ставить. Но жить захочешь, и не то сделаешь – дружными усилиями парочку приставили к стене.
Забравшись наверх, Кабан первым делом поинтересовался:
– Кто здесь главный?
Усатый мужик в кирасе и стальном шлеме коротко представился:
– Я Гена, здесь сейчас за главного.
– А я просто Кабан, как зовут, уже и сам плохо помню. Вот что, Гена, спихните эти лестницы на землю и бегом разместите моих ребят. Мы все до плесени в волосах вымокли.
– Хайты сейчас вернутся. Опять полезут.
– Вот как полезут, мы зарядим мушкеты. А до того момента будем сидеть у печек. И это… ты бы горячего супчика организовал или хотя бы кипятку побольше.
Глава 20
Осенние ночи и без того темны, а низкие тучи, моросящие непрерывным дождем, и вовсе непроглядными их делают. На чернильно-черной воде корабль в двух шагах не углядеть, вот и вешают на корму и нос фонари, чтобы суда в потемках не сталкивались.
«Варяг» шел без единого огня. Хотя даже не шел – его просто тащило ленивое течение огромной реки. Где-то рядом таким же черным призраком спускалась «Находка». Все весла, даже рулевые, подняты, моторы заглушены – ничто не возмущает водную гладь. Если хайты, подобно клотам, чуют корабли по таким возмущениям, то сейчас им чуять нечего.
Аня, выбравшись из трюма, подошла к мужу, посмотрев в сторону берега, шепнула:
– Лагерь хайтов рядом. Нас мимо него как раз пронесет.
– Это не лагерь вроде бы. Просто кострами место высадки отмечают.
– Я думала, что они в темноте видят хорошо.
– Это да… получше нас… но все же полная темнота им не по душе. Ты чего из трюма вылезла? Марш назад, пока не промокла!
– У меня накидка сухая, дождь почти прекратился, еле моросит. А в трюме сыро у нас, вода сквозь доски палубы накапала во многих местах.