Участковые врачи так набегаются по участку, что домой без ног приходят. И им следует готовить себя к служению больным. В институте им предоставляется прекрасная возможность делать это на занятиях физкультурой. И здесь негоже так распускаться.

Я поспешил добавить своих пять копеек, что им тут три месяца работать, так что к завершению они смогут обрести прекрасную форму. На них и сейчас приятно поглядеть, а тогда вдвое больше будет. Главное пусть сожмут зубы и помнят основную заповедь: «Medice, cura te ipsum!»[2]

Я могу попросить Людмилу, чтобы та позанималась с ними отдельно, и они восстановят свою вскоре. Она очень опытный тренер и возится со мной с самых пелёнок. И их она просветит и наставит на путь истинный, как им лучше дополнительно тренироваться, и в каком режиме.

Мстя моя свершилась, и, не поминая зла, я предложил девушкам «зарыть топор войны» и дружно взяться за исправление положения. Примерно декада у нас на то имеется до появления первых отдыхающих.

Сил возражать и препираться не осталось даже у настырной Натальи, и я принял молчание за знак согласия. Марина Павловна подбодрила девушек и наказала держаться наказов опытных спортсменов: ничего кроме пользы это им не принесёт.

После таких уговоров я предложил отправиться к Людмиле для дальнейших выяснений о тренировках для девушек. Но Людмила первым же делом настояла на проведении массажа натруженных мышц, и сразу же занялась Леночкой.

А на мое предложение помощи Наталья ответила лишь гневным отказом, и гордо удалилась. Это она очень зря. Людмила подтвердит, что рука у меня лёгкая и массаж произвожу вполне профессионально.

Сказывается частое повторение и техника за досконально отработана. А руки достаточно крепкие и натренированные для проведения массажных процедур. Это альфа и омега спортсмена и подобному учат с самого начала занятий спортом.

Тоже, врачиха называется! Даже не знает про образование молочной кислоты[3] в мышечных тканях, и о замечательных ощущениях связанных с этим. И особенно в тех ходулях, которые она с таким трудом станет переставлять.

И поутру они проснулись, Не совсем в том состоянии, что герои книги Шукшина, но в достаточно близком. Смотреть на них без жалости — невозможно, так как нормально спать им мешали ноющие мышцы.

Впору было бы сжалиться над горемыками, но нельзя. Двигаться им было болезненно и трудно, а руки и ноги плохо слушались. Но без движения станет только хуже, и необходимо выводить лактат из организма.

И если Елена хоть как-то осознанно перемещалась на своих ногах, лишь временами морщась и покряхтывая на ходу, то Наташа очень талантливо подражала движениям ходульников. И за показ такого шоу можно было с чистой совестью брать деньги.