«Человек из будущего», точнее сознание «оттуда» в его же собственном детском теле… по заявлению-предположению самого его.

Безумная история, рассказанная пермским секретарём, о правдивости которой и о важности серьёзности отношения к которой так настаивал днём Председатель КГБ, воплощалась в содержании детской головки дитя, сидящего перед Генсеком.

Или… всё же дитя — лишь по телу, но не по тому, что скрыто в голове?

Генсек, несмотря на все свои хвори, усталость и преклонные года, по прежнему не верил ничему сказанному его двумя собеседниками — вчера и сегодня.

Пока не проверит самолично… слишком уж невероятным было всё то, что услышал от Коноплёва и тем более невероятным то, что развернул сегодня Председатель Комитета…

Дождавшись, когда подполковник 9-го управления КГБ Олег Сторонов, комендант государственной дачи «Заречье-6», оставит их сидящих за столиком втроём, Брежнев снова перевёл взгляд с Андропова на того, кого тот привёз с собой.

С виду для всех, имевших доступ к «Заречье-6» — всего лишь Председатель Комитета заехал по каким-то делам на дачу к главе партии и страны, захватив по пути с собой какого-то «малолетнего родственника».

Вот только пермский секретарь утверждал, а Андропов сегодня более развёрнуто пояснил, кто такой «Свидетель».

И всё равно… — до последнего мгновения, и прямо сейчас Генсек не верил в случившееся. Оттого, едва они закончили беседовать с Андроповым на объекте «Высота», он затребовал:

— Привези его ко мне ближе к вечеру… послушаю байки… про будущее.

Раздосадованная мимолётная гримаса на лице Андропова в тот момент, уже три часа убеждавшего Генсека отнестись серьёзней к ситуации, не ускользнула от внимания Брежнева.

Ещё бы он Юре с ходу то поверил!

Но и… разве кто-то ещё смог бы устоять от искушения самолично «потерзать расспросами и вывести на чистую воду» того, кого Андропов столь уверенно выдавал за «пришельца из будущего».

Пусть и якобы «вернувшегося в свое же детское тело».

Да ещё и с таким жуткими новостями.

Брежнева буквально вывернуло наизнанку, когда он просмотрел по диагонали переданные ему Юрием Владимировичем напечатанные днём ранее на пишущей машинке Козельцевой (больше никому Андропов не смог доверить это дело) листы с «расшифровкой» сокращений в «заметках о ближайшем будущем» Вяткина.

Ни разу за свою жизнь Брежнев не видел чего-то, что можно было бы отнести к категории «потустороннее».

Ни на войне, ни в мирной жизни.

Да и не пристало коммунисту верить во всякую чушь!

Не выдержал и затребовал того на «посмотреть»! Что за «чудо-ребёнок» такой, с «сознанием из будущего»?