Многое уже было упомянуто в моих «расшифровках», и Устинов вгрызался в детали.

Большинства из которых я просто не знал!

А ему хотелось больше и больше! И таблетку от жадности!

Почему?

По моему — потому, что в то, что моё сознание из будущего поверили в тот вечер они все. Ну никто, повторяю никто — ни «простой советский человек», ни какая-нибудь антисоветски настроенная диссидентствующая личность, ни иностранец (от казуала до дипломата-профи, глубоко понимающего СССР) не мог бы перепрыгивать с темы на тему и «грузить их по полной»…

…что будет в мире и стране.

Понимая, что другого случая может и не представиться, я говорил, говорил, говорил, перескакивая с моего восприятия событий в мире в школьные 80-х на более поздние десятилетия.

Сколько раз они пытались меня поймать на вранье и выдумках!

Ха, но с некоторым усилием я даже вспоминал некоторые перипетии футбольных матчей и футбольных игроков 80х.

Всех этих Дасаевых, Черенковых, Блохиных, Белановых… многие из них играют прямо сейчас.

Особенно старичьё из «Малого Политбюро», как мне кажется, поразило льющееся с языка моё детское (1-й жизни!) восприятие моментов отдыха в бархатный сезон 1985-го под звёздным небом Крыма:

Село Угловое, база отдыха с биллиардной, в которой я смотрел трансляцию по ТВ проигранного (1:2) «Спартаком» матча «Торпедо», тёплое, но полное огромных медуз после шторма море, и те два часа 14-и штук серий «Ну, погоди!» в открытом ночном кинотеатре… и ночные детские похождения по шоссе вдоль виноградников.

Вот из таких, вполне себе не выдуманных, но не наступивших мелочей, как мне кажется, и складывалась их вера в сознание из будущего.

Как и понимание моей ностальгии по СССР, вполне себе сочетающейся с «антисоветизмом».

Это помимо фамилий предателей, предсказаний ближайших событий в мире и прочего.

Но не всё так было весело и «лампово».

Упоминание многих вещей, о которых не то «детсаду», но вообще мало кому известных — типа командной ракеты для системы «Периметр», вставшей, как я помнил в 80-е на боевое дежурство, заставляли на мгновения покрываться глаза министра обороны СССР льдом.

Система, как я понимаю, сейчас в разработке…

Но после Устинов сам вспоминал, что для меня всё это было «архивной пылью», и про какие катастрофические «времена перемен» я донёс до их ушей ранее и плёнка льда уходила из его глаз, а печать угрюмости всё более явственно проступала на его лице…

Как и у других.

И да, к сожалению, я так до сих пор и не вспомнил фамилию четвёртого известного мне предателя — откуда-то из авиационной промышленности, про которого упоминал ранее.