Просто страну и партию считали намного более крепкими, чем вышло на деле…

* * *

Что касается небольшой информационной шумихи вокруг первого шага, то «рекламную компанию» (как смогли) они провели весной, с привлечением ТВ и газет, акцентировав внимание на «возможности села» и для «более полного удовлетворения общественных потребностей в товарах и услугах, повышения занятости граждан оплачиваемой общественно-полезной деятельностью, предоставления им возможности получения дополнительных доходов в соответствии с затратами своего труда».

Всё подавалось максимально так, чтобы у населения не возникло сразу никаких возможностей возникновения ненужных мыслей.

Закон разрешал заниматься индивидуальным трудом всем гражданам, достигшим совершеннолетия, но… исключительно в свободное от основной работы время. Исключением являлись студенты, пенсионеры, инвалиды и домохозяйки.

Для начала занятий ИТД граждане должны были зафиксироваться (с получением свидетельства о роде выполняемой ИТД из списка в несколько десятков позиций) в финотделах местных исполкомов… с получением брошюрки об возможностях, обязанностях и минимальной отчётности…

* * *

«Хохлы… вашу мать, лестницу нормально сделать не можете!» (Министр обороны СССР Устинов Д. Ф., на церемонии 9 мая в Киеве. В «ином будущем» и «в этом»…)

1981-й, после избрания на пост генсека, во многом вышел памятным для Григория Васильевича. Да и настроение по настоящему за весну, лето и шедшую осень никто не испортил. Даже открытие Музея Отечественной войн с монументом «Родина-Мать», прошедшее напополам со смехом и грехом, не вызывало сейчас, поздней осенью, неприятных воспоминаний, а лишь усмешку.

К слову говоря, сколько подобных памятников настроили в 60−70-е! В Волгограде, в Ленинграде на Пискарёвском, в Набережных Челнах, в Малоярославце в Калужской области… И вот сейчас ещё один… и вроде даже генсекам — что Брежневу, что Романову возражать было неудобно насчёт появления очередного — память о войне тяжела до сих пор, ещё полно перенёсших все её тяготы лично.

Если бы только не это проклятое «знание о будущем» ещё… которое в столице УССР преломлялось как-то по особенному остро.

9 мая, спустя всего два месяца после избрания, новый генсек встречал в Киеве, куда приехал не только он сам и остальное Политбюро, но и все руководители союзных республик.

Торжество намечалось грандиозное, с театральной постановкой, режиссёром постановщиком которой был какой-то народный артист УССР, получивший на самом высоком уровне в ЦК КПУ карт-бланш. Щербицкий и украинское ЦК не хотели ударить в грязь лицом перед новым и прошлым (оставшимся на посту Председателя Президиума Верховного Совета СССР) генсекам и остальными руководителями союзных республик.