— Не понимаю, что они… — показывает рукой наверх — … от меня хотят. Сами, похоже, боятся на такое. Ладно, Яншин остальных уже в Академии настропалил. Такие выводы наверх и пойдут…

Зато я знаю. Иван мне рассказывал, с какими трудами «тогда», уже при Горбачёве, прикрыли идею. И то — лишь потому, что средств на реализацию не было и «писатели-почвенники» народ раскачали.

«…Я ИМ про отказ от идеи с поворотом рек говорил. Одно из того немногого, что при Меченом было сделано правильно.»

Но сейчас, в гостях у Александрова, который сам склоняется в пользу идеи, разумеется, молчу. Похоже, сейчас вопрос и так поставили ребром раньше. Скоро узнаем, чего Политбюро решит.

В гостях у нынешнего главы нашей академии наук, сразу вспоминаю и то, про что Козельцева, неплохо знавшая предыдущего главу АН СССР Келдыша и имеющая контакты в академической среде, напоминает мне с вариациями каждый квартал одно и тоже:

— Язык за зубами, Валентин Михайлович! Я по себе знаю, какой величины люди вас окружают, но тем не менее, не проболтайтесь, какое бы вы искушение не испытывали. Хоть намёком, хоть в пол-слова! Пользы, по итогу не будет. Всё равно понять, что такое случилось с переносом сознания Ивана из будущего и кто это провернул, они не смогут, тем более предпринять что-то практически полезное, а вред стране от излишнего распространения информации случится неисправимый.

Она права — искушение огромно… хотя насчёт практической пользы, за пределами сведений о «цифровом рывке», я бы с ней поспорил. Но последнее слово, увы, не за нами.

* * *

Начало февраля 1983. Специальное расширенное (с привлечением части кандидатов в члены Политбюро, некоторых министров и представителей АН СССР) заседание Политбюро ЦК КПСС. Один из докладывающих — министр мелиорации и водного хозяйства СССР Васильев Н. Ф.

Выступление на заседании Политбюро не задалось сразу. Несмотря на принесённые материалы, доказывавшие точку зрения министра и большой народно-хозяйственный эффект, а также крепкую поддержку Кунаева и Рашидова, с каждым новым вопросом от тех, кому он пытался отстоять величественный замысел по преобразованию природы, министр всё больше подозревал, что всё уже решено.

На идее поставили крест заранее!

И слухи, которые весь 1982-й доходил и до него самого и до самых высокопоставленных, влиятельных и активных сторонников идеи — Кунаева и Рашидова, оправдались, как только стало ясно — выступать перед Политбюро пригласили не только его, но и самых рьяных оппонентов идеи поворота.

Тон среди тех задавал вице-президент АН геолог Яншин. Специальная комиссия созданная по поручению Политбюро в начале 1980, которую передали под его руководство после избрания того на высокий пост в АН в 1982, сразу же ускорилась, собирая натуральный «компромат»!