— Вот вы, Николай Фёдорович, что там… в запале полемическом сказали? У вас, дескать, ресурсы министерства простаивают? Так? Мол, десятки механизированных колон без работы стоят… я тут ранее данные по вашему министерству запрашивал у вас… у вас в системе одних только НИИ и проектных организаций под семь десятков, три с половиной тысячи СМУ и передвижных мехколонн, почти четыре сотни трестов… строительно-монтажных, одних экскаваторов и бульдозеров больше 80 тысяч… силища! Вот, а мы головы ломаем насчёт ускорения темпов дорожного строительства. Как нам дороги с твёрдым покрытием быстрее строить. Так вот же — резервы то где! Вложения в инфраструктуру окупятся намного быстрее и без вреда природе, я верно предполагаю, товарищи, думаю?

— Успел его Косыгин, похоже, пока жив был, против идеи настроить… — сделал вывод похолодевший Васильев.

* * *

Следующий день. Подмосковная дача «Заречье-6». Председатель Верховного Совета СССР, член Политбюро ЦК КПСС Брежнев Л. И., Первый секретарь ЦК КП Узбекской ССР, кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС Рашидов Ш. Р.

— … Леонид Ильич, что случилось? Ты же вроде не против идеи был? Да и остальные… — попробовал подступиться к неприятной теме Шараф Рашидович, рискнувшему напросившийся в гости к остававшемуся вторым человеком в стране Брежневу, который всегда с большой теплотой относился к Рашидову.

— Да. Был… — прошамкал сильно сдавший за прошедший год бывший вождь страны — … надорвёмся мы — вот что, Шараф Рашидович! Ладно мы сами надорвались… — он ткнул себя — … страна надорваться может! Романов тебе, когда ты после заседания к нему подошёл, и десятой части не высказал!

Рашидов побелел и зачастил:

— Какое-то недоверие ко всему узбекскому народу нынче в Москве… что сделали не так? Леонид Ильич, вы хоть намекните. Это товарищ Андропов? Он всё нам не доверяет? Он давно такой! Всё Нордмана мне простить не может! — вспомнил отчего-то Рашидов фамилию комитетского генерала, которого сам и выжил с поста главы республиканского КГБ в конце 70-х.

Первый секретарь ЦК компартии среднеазиатской республики и фактически полный хозяин Узбекистана утёр руками всегда подготовленные у него для подобных случаев слёзы.

— … Или товарищи военные чем-то недовольны? Треть нашего линта, я точно знаю, в нитроцеллюлозу идёт, что-то не так? Подъехали бы ко мне, на месте спокойно разобрались с недоразумениями. То в приписках по хлопку — я знаю точно! — обвиняют, кляузы на нашу республику в столицу пишут.

— А что, совсем нет приписок? Совсем нет? — хмуро заметил Брежнев.

— Если и есть, то по мелочам кто себе на премию… в отдалённых районах, где контроль послабже… — запыхтел и снова заскороговорил Шараф Рашидович.