– Давай, братан, покажи нам мастер-класс: подойди к Кэт и попроси у нее малость волос, причем не с головы. Честное слово, мы будем очень внимательно смотреть на то, что потом произойдет.
Влад, единственный, кто не заулыбался, высказал новую идею:
– Птицы тут летают, хорошо бы поймать. Или перья найти, только чтобы свежие были, а не ветром затасканные. Оно, конечно, лучше всего, чтобы тоже рыжие были, петушиные, но можно и местные попробовать. Была бы рыба, а как ее поймать, всегда придумать можно. Мы люди, мы умнее водных тварей.
Глядя на добычу, Рогов принял решение: пока что никаких остановок не будет. Вряд ли получится полностью перейти на рыбную диету, но даже с таким не слишком впечатляющим уловом понятно: будет за счет чего экономить припасы.
А там, глядишь, доберутся до куда более богатых мест.
Глава 20
– Да на всей Земле не найти и половины такого, – после долгого коллективного молчания высказался Влад. – Не верится даже. И никого при этом, ни одного туриста, лишь мы одни…
– Красота-то какая… – растягивая слова, поддержала его Наташа.
Не согласиться было невозможно. Зрелище величественное и настолько завораживающее, что туристическая индустрия Земли ни за что бы такое не пропустила. Вон Ниагарский водопад, безнадежно проигрывающий по большинству пунктов, разрекламирован так, что его изображения только слепые не видели, а окрестности оккупированы смотровыми площадками, парковками, забегаловками, отелями и прочими объектами для развлечений и отдыха.
То, что открылось перед уставшим отрядом, и водопадом назвать сложно. Горные хребты, будто сговорившись, вывели в одну точку сразу три немаленьких реки, заставив их слиться воедино на огромном изломанном уступе. Каскады от разных струй соединялись и, натыкаясь на несокрушимые утесы, снова разлучались, устремляясь навстречу уже другим потокам. В одном месте среди буйства стихии образовалось приличное озеро, украшенное крошечным островком, на котором росла одинокая разлапистая сосна. Если на его берегах почти тишь да гладь, то уже шагов через тридцать вода переливается через скальную кромку, чтобы упасть со стометровой высоты в вечно бурлящий, исходящий мельчайшей взвесью природный котел.
По сути здесь не единый водопад, а многие десятки, хотя сказать определенно, где заканчивается один и начинается другой, никто не сможет. Это похоже на изломанную распушенную шишку, подставленную под струйку воды. Только гораздо, гораздо красивее.
И уж куда масштабнее…
Местность внизу, за водопадом, заслуживала отдельного внимания. Уступ, породивший красочное явление, являлся границей, где заканчивалось царство гор. Далее тянулась всхолмленная равнина, затянутая лесом. Лишь вдоль обоих берегов уходящей вдаль реки проглядывали пятна озер и чистых полян, во всех других местах лишь сомкнутые кроны деревьев и редкие скальные проплешины на вершинах возвышенностей.