Это была блеф, конечно. Но сработало. Её глаза расширились. – Ты что, совсем охренел? Ты что, следить за мной собрался?

– Нет, – честно ответил я. – Но я хочу быть уверен, что мать моего сына в нормальных условиях. Что дверь в номере закрывается нормально. Или тебе нравится жить в говне, пока я «зарабатываю бабки»?

Она замолчала. Видно было, как она перебирает варианты в голове. Сказать – значит поддаться. Не сказать – я и правда могу устроить сцену. Наконец, она сдалась, прошептала название гостиницы и номер.

– Спасибо, – кивнул я. – Удачи на экзамене.

Я отключился, не дав ей ничего сказать. Сердце колотилось. Да, я повёл себя как мудак. Снова. Но иногда только так и можно до неё достучаться. Я посмотрел на время. До вечера ещё далеко. Достаточно, чтобы сделать то, что задумал.

Костик проснулся, как всегда, внезапно – потянулся, хмыкнул и тут же уставился на меня бодрыми, ясными глазами. Пора было действовать.

– Мам, а где одежда Кости? – спросил я, вынося его на кухню.

Мама повернулась от мойки, удивлённо подняв бровь. – Гулять, что ли, собрался?

– Ага, – кивнул я, усаживая непоседу на стул. – Прогуляемся до города.

– До города? – мама нахмурилась, вытирая руки. – Зачем это?

Я посмотрел ей прямо в глаза. – Ну, ты же сама говорила, что я должен Ксюше помогать. Вот хочу в полной мере долг отдать.

Мама скрестила руки на груди – верный знак, что разговор будет серьёзным. – Ты смотри у меня, не хитри. Рассказывай, что надумал.

«Каким бы ты ни был страшным боссом для сотрудников, для матери ты всё тот же хулиган и бестолочь», – промелькнуло в голове. Я вздохнул.

– Мам, я не собираюсь ничего плохого делать. Хочу сделать для Ксюши лучше. Квартиру ей снять, чтобы не ютилась в дешёвой гостинице.

Во взгляде матери мелькнуло одобрение, но тут же сменилось новой мыслью. Она направилась в коридор и достала с верхней полки синий осенний комбинезон. – Так, может, Костика оставишь? Зачем с собой тащить?

Я ловко поймал уползающего Костю и усадил его одеваться. – Думаю, она будет рада сына увидеть.

– И что, ты там остаться собрался? – мама помогала мне застёгивать непослушные застёжки. – Мешать будете ей учиться.

– Насчёт этого не переживай, – я подхватил сына на руки. – Всё улажу. Она без проблем сдаст. Мне иногда кажется, ты забываешь, кем я работаю.

Мама буркнула что-то вроде: «Ой, смотрите-ка, важным какой стал», но в уголках её губ пряталась улыбка. На прощанье, как полагается, дала напутствие: – Смотри, чтоб всё чинно-благородно было. И ребёнка в машине пристёгивай как положено!

Через полчаса мы уже ехали в город. Костик, пристёгнутый в своём кресле, увлечённо жевал специальную игрушку-прорезыватель и время от времени что-то весело лопотал. Я ловил его взгляд в зеркале заднего вида. В голове уже складывался план. Сначала съездить в лучшую гостиницу города, снять номер получше. Потом зайти в цветочный – большой букет, но без пафоса. И... купить ей что-нибудь вкусное. Вспомнил, что она в студенческие годы любила пирожные «картошку» из той кофейни у центральной площади.