Она была в простой футболке и джинсовых шортах. Под тканью футболки угадывались очертания груди, без бюстгальтера. За два года она... реально похорошела. Фигура стала женственнее, формы – соблазнительнее. Я сглотнул, чувствуя, как по телу разливается странная смесь вины и влечения.
– Ну так, о чём ты хотел поговорить, Воронов? – её голос прозвучал ровно, но без улыбки.
Я неуклюже пожал плечами, затянулся сигаретой. – Не знаю. Жду, что ты скажешь. Можешь прямо сейчас высказать всё. Что я мудак, урод, что бросил тебя. Имеешь право.
Ксюша растерянно покрутила прядь волос, отвела взгляд в сторону, потом снова посмотрела в камеру. Её глаза были спокойными, без намёка на злость.
– Сереж... Я тебя уже простила. Сначала да, злилась, обижалась. Но сейчас... честно, всё равно. У меня есть сын, и я его очень люблю. Поэтому никаких претензий предъявлять не буду. Я его для себя родила, а не для того, чтобы из тебя деньги высасывать или как-то влиять на твою жизнь. Так что не заморачивайся. Мне от тебя ничего не надо.
Она сказала это так просто, так искренне, что у мне опять стало неловко. А я терпеть не мог это чувство. Я готов был к упрёкам и обвинениям. К чему угодно, но не к этому... безразличию.
Это было в тысячу раз хуже. Потому что означало, что я для неё – просто страница из прошлого.
Не враг, не любовь, так... никто.
Я стоял, тупо глядя на экран, и понимал, что это – хуже, чем если бы она меня ненавидела.
А ведь раньше влюблена была. Я это точно знал.
Её равнодушие зацепили, царапнули. Как будто отвергла меня. А в такие моменты у меня всегда врубалось упрямство Вороновых.
Глава 6
– Диктуй адрес, Ксюша.
Она удивлённо подняла бровь. – Зачем? – Надо.
Короткая пауза. По её лицу пробежала тень недоверия. – Нет. Не скажу. И не вздумай ко мне приезжать.
Я сделал безразличное лицо, хотя внутри всё закипало. – С чего ты взяла, что я собрался к тебе ехать? Просто хочу узнать, где ты остановилась.
– Серёж, это не твоё дело, – голос её стал твёрже.
Вот тут меня уже по-настоящему задело. Это не моё дело? Когда у нас общий ребёнок? – Как это не моё? – я почувствовал, как нарастает то самое упрямство, против которого мама всегда предупреждала. – У нас общий ребёнок. Я сейчас с ним вожусь, убираю за ним, кормлю его. В его безопасности я уверен – он здесь, со мной. А в твоей – нет. Мало ли что в этом номере. Так что говори номер.
Она сжала губы. Видно было, что злится, но сдерживается. – Нет.
– Хорошо, – я сделал вид, что отключаю камеру. – Не скажешь – сам узнаю. У меня достаточно связей, чтобы за полчаса выяснить, где остановилась студентка Мягкова.