другим именем. Говорили, она глухая, или я что-то неправильно понял?

— У неё слуховые аппараты, потому она всё слышит. Стоп, сегодня день, когда мы женщин

поздравляем?

— Только те, у кого есть баба.

В кабинет зашло двое парней с цветами.

— Привет, малышки, – сказал один из них, и оба парня подарили девушкам цветы.

— Что, ущербная сегодня не пришла? Вот и славно, а то у нас для неё ничего нет.

— Ты бы лишнего не болтал, – сказала одна из переводчиц, кажется, Марика. – В кабинете

камера, и они могут нас слушать.

— Выйдем? Мы вас хоть поздравим нормально.

Мне даже отсюда было видно ауру похоти, и девчонки отвечали такой же аурой желания. Парочки

ушли, оставив цветы на столах девушек. Как только двери за ними закрылись, я села нормально

и открыла документы для перевода.

— Мы это так оставим? Они же кое-чем прямо на работе будут заниматься? – спросил зам у

шефа.

— Пусть порадуют девок сегодня. Дам им пятнадцать минут. А Анита изменилась… Раньше — чуть

что в слёзы, сейчас уже не плачет, спокойно отвечает.

— Привыкла.

Когда у всех был обеденный перерыв, я заканчивала свою работу и выключала компьютер.

Получила сообщение с фриланса.

«Когда будут переводы?»

«Пять минут назад отправил вам», – написала от своего псевдонима.

Через минуту прилетел ответ:

«Благодарю, всё получил. Деньги перевёл.»

Ушла сегодня в кафе. Хотелось порадовать себя вкусным кофе и десертом. В новом теле я всего

месяц, и до сих пор непривычно видеть мир по-другому. Когда в кафе ворвались бандиты, я

порадовалась, что успела доесть вкуснейший десерт и почти допила кофе. Слуховые аппараты

сняла, чтобы не оглохнуть — слишком много было криков, ругани и стрельбы. Каким чудом, не

иначе, я выжила — не знаю. Но на меня напало какое–то оцепенение, и сидела не шелохнувшись,

смотря практически в одну точку. Бандиты решили, что я слепая — не стала их разубеждать.

Может, поэтому меня и не тронули. Забирать у меня было нечего. Телефон их не интересовал, а

налички было пара мелких купюр — их не тронули. Украшений на мне не было, как и других

ценностей.

Полиция приехала быстро, стали опрашивать свидетелей. Кто-то из офицеров указал детективам

на меня. Я до сих пор сидела всё там же, где и была в кафе.

— У неё шок, она почти ни на что не реагирует. А ещё она слепая.

— Отчасти, – сказала тихо и при детективах надела свои слуховые аппараты на место.

Благодаря офицерам и детективам, что смотрели на меня, смогла увидеть, как выгляжу. Я была

чистой, без следов крови. Хотя мне казалось, что что-то на меня попало, но оказалось — это

был разлитый кофе на полу. Рядом сел один из детективов, другой сел напротив меня.