А в стороне, словно выбитые из привычного ритма, стояли Императрица и князь Валевский. Их лица были каменными, но в их кривых улыбках всё равно можно было прочитать непонимание и беспокойство. Они молчали, наблюдая, как невзрачный прежде наследник становится центром вечера. Они наблюдали — и, я знал, терзались вопросом:кто направляет меня?

А я принимал овации, кланялся, улыбался и вёл себя не как мальчишка, а как хозяин бала. Так как должно было быть всегда. И так как будет и впредь.

— Ваше высочество, объявили белый танец. Окажите мне честь составить пару? — мягкий голос прозвучал рядом.

Я обернулся. Передо мной стояла хрупка рыжеволосая девушка.

Александр помнил её.

Маргарита Лаптева — дочь старого помещичьего рода из Ярославской губернии. В Петербурге она недавно, перевелась в Санкт-Петербургскую академию из Ярославского университета магии, слыла тихой и прилежной. Обычно она держалась в стороне, и особо в свет не выходила.

Я хотел было вежливо отказаться. Местных танцев я не знал и танцевать не умел. Но отказать в белом танце? Это считалось бы оскорблением, и не только для девушки, но и для всего её рода. Пришлось кивнуть.

— Это вы мне окажите честь, сударыня.

* * *

Маргарита Лаптева.

Мы вышли в центр зала. Музыка зазвучала — плавный, неторопливый вальс. Я сделал первый шаг уверенно… и тут же сбился на втором. Память подсказывала только обрывки движений. Я следил за лицами в толпе, но чувствовал, что нога идёт не туда, поворот слишком резкий.

Маргарита мягко, но решительно шепнула:

— Лево… теперь шаг вперёд… ещё поворот. — Она слегка подталкивала, направляла, незаметно для других.

Я слушался её подсказок, где-то в памяти всплывали изученные ранее движения и картина складывалась. Для стороннего взгляда — всё выглядело почти безупречно, хотя я чувствовал каждую неточность.

— Странно, ваше высочество, — прошептала Маргарита, когда мы скользили вдоль ряда зеркал. — Я слышала, что вы всегда считались большим знатоком танцев. Но вы… путаетесь.

— Бывает, — ответил я тихо, склонившись ближе к её уху, чтобы это прозвучало как шутка. — Похоже, что этому есть только одно объяснение… — я многозначительно замолчал.

— И какое же? — кокетливо спросила девушка, когда закончила выполнять серию поворотов под рукой и вернулась в мои объятия.

— О, это очень просто. Похоже, что, от того что я танцую со столь красивой девушкой, у меня совсем вылетели из головы все движения.

Она слабо улыбнулась, но глаза оставались задумчивыми.

— И всё же вы сегодня совсем не танцевали, кроме этого. Даже пропустили свой любимый — «Императорскую кадриль». — в её голосе звучало искреннее удивление.