да и показался обладатель этой тени — то ли мужчина, то ли женщина, то ли, может быть, таинственный зверь из семейства оленевых — всего на мгновение. На мгновение, не больше? Но в это мгновение — вы заметили? ты заметил? — разве не заколебалось время, олицетворенное снижавшимся солнцем, не задумалось ли оно, шлепая по лужам тени и света, — какие новые небеса, новые дали! — о том, чтобы остановиться? Обман зрения, понятно, миражи, созданные расстоянием, — чем еще могут быть эти мимолетные впечатления? Но что, если завтра такое же мгновение повторится — и на этот раз?.. Они продолжают беседовать, ночные часы мчатся к устью зари, скоро взойдет солнце, начнется новый день. Искусство живописи — огромные картины, дышащие спокойствием, — рождается в одном из этих домов: там, где очаг почему-то еще отбрасывает тени зверей и детей на светлые плиты. Дальше, не останавливаясь [96] I А теперь мы плывем по морю в лодке: волны то поднимают ее, то резко бросают вниз, но она, иной раз почти отвесно задирая нос, не сдается: бесстрашная! Слева, справа и прямо по курсу, где в конце концов должна открыться морская ширь, перед нами вырастают огромные корабли, и нужно уклоняться от высоких, грозно сближающихся бортов: чудо, что нас не раздавили, что мы еще плывем! Мы словно блуждаем в каком-то запертом пространстве, продвигаясь по водным дорожкам, вьющимся с шумным плеском между темными, без единого огня, боками этих кораблей! И тот, кто стоит у руля, и остальные, пригнувшиеся к веслам, — все мы чувствуем тревогу, но, несмотря ни на что, успеваем замечать проплывающие над нами ростральные фигуры. Богинь с гибкими покатыми плечами, обнаженным торсом, руками, на которых шелушится темно-синяя, охряная, пурпурная краска. Улыбающихся матерей… Но грустных, со смеженными веками. Друзья, потрудимся еще немного! Один из нас встает со скамьи и, сложив ладони рупором, берет управление на себя. Скоро мы вырвемся на свободу! II Да, друзья, нужно преодолеть эти дебри у нас на пути, выбора нет! Пробираться через колючий кустарник: заросли, в сущности, не такие густые, как кажется поначалу, и не такие глубокие, всего два-три десятка шагов; нагнем голову, прикроем локтем глаза и, не боясь оцарапать щеки, двинемся вперед. Смотрите: у нас под ногами уже растекается свет. Под ногами? Да, под нашими босыми ступнями фосфоресцирует галька, продолговатые и округлые камешки — гладкие, разных цветов — видны сквозь спутанную траву. И с каждой минутой этих камешков все больше, они уже лежат друг на друге,