Стрелец пригубил рислинг и обвел взглядом сидевших напротив представителей министерства экономики ФРГ.

— Проект «газ в обмен на трубы» рассчитан на десятилетия, — спокойно продолжал советник. — И если Mannesmann начнет увязывать график поставки с текущей дипломатической повесткой в Хельсинки, у наших сибирских строителей могут возникнуть закономерные сомнения в надежности немецкого бизнеса как такового. Жак Дютуа и возглавляемый им Vallourec уже стучатся в наши двери. К экономическим вопросам они относятся… менее поэтично.

Овербек замер, так и не донеся бокал до губ, а доктор Герхардт медленно опустил приборы на тарелку. Одним только упоминанием основного конкурента Стрелец, как и было запланировано, перевернул доску. Он не стал оправдываться за советский режим, а применил бизнес-аргумент. Для Рура подобный кульбит означал бы социальный взрыв.

Пауза, повисшая над столом после реплики Стрельца, затянулась до неприличия. Было слышно, как в углу банкетного зала мерно шуршит кондиционер. Немецкий промышленник, привыкший разговаривать с боннскими министрами с позиции силы, впервые столкнулся с тем, что советская сторона не просто держит удар, а способна в одночасье обрушить такой совершенный план. «Еще большой вопрос, Эгон, — мрачно подумал он, — кто, кого и за какую часть тела держит в этой непростой игре!»

Доктор Герхардт, ежедневно контактировавший с русскими, оказался более подготовленным. Опыт совместной работы подсказывал: недооценивать людей, которые ценой нечеловеческих усилий совершили грандиозный индустриальный скачок в тридцатые годы, — огромная ошибка. Немец знал, что Степан Яковлевич Дамбицкий не был классическим партийным аппаратчиком. Он сам вышел из этого народа, лично принимал участие в строительстве советских металлургических гигантов и хорошо осведомлен, что такое гнев человека труда.

Для концерна советский заказ был не просто технологическим вызовом. Для тысяч его сотрудников этот контракт стал билетом в благополучное будущее. С точки зрения Герхардта, Эгону определенно не стоило сегодня поднимать политические темы.

— Господин советник умеет подбирать… метафоры, — Овербек попытался вернуть голосу прежнюю вальяжность, но несогласие отчетливо проступило в его интонации. — Однако не стоит забывать, что концерн Mannesmann — это не просто коммерческое предприятие. Мы представляем интересы Федеративной Республики. И наши контракты всегда были гарантией не только поставок, но и долгосрочного политического климата. Если Москва решит переориентировать заказы на Париж… что ж… Французская сталь уступает нашей по устойчивости к холоду. Ваши сибирские морозы быстро это докажут. Да и едва ли Париж сможет профинансировать такую программу.