Градлон не успел договорить. Дверь распахнулась. Быстрым шагом вошел Иной в сером балахоне, коротко поклонился собравшимся.

— У нас есть мысленные картины, господа, — объявил Морис.

Всего вероятнее, послание ему направили через Сумрак прежде, чем явился посыльный. Вошедший Инквизитор приблизился к троице Великих, что сидели во главе стола, и молча положил перед ними маленькую шкатулку — в таких обычно хранят драгоценности. Поклонился и отошел в сторону, заняв место у стены.

Морис раскрыл подношение.

На сером бархате лежал прозрачный кристалл, вернее, целая гроздь таковых, миниатюрная друза. Только кристаллы не были изумрудами.

— Месье, — сообщил Морис, подняв шкатулку с камнями на уровень глаз и пристально всматриваясь, — предсмертное видение Мартэна…

Шкатулка вернулась на красное сукно. Из нее ударил конус света, будто под столом кто-то установил киноаппарат. В аршине над кристаллом заклубился туман. Объемная картина не была реконструкцией прозекторов Инквизиции. Она выглядела зыбкой, время от времени расплывалась, затем снова фокусировалась, а еще не имела начала и конца — одно и то же повторялось без перерыва. Леониду было тем более трудно видеть это не своими глазами, а в преломлении колбы. Но зато он великолепно слышал и мог дорисовать все с помощью воображения, полагаясь на реплики зрителей.

— Жаль, зрение оборотней в Сумраке отлично от прочих Иных, — посетовал кто-то.

— Тем не менее главное мы видим, месье, — послышалось возражение Мориса.

— Он весь покрыт сумеречным мхом… Как такое может быть? — воскликнул, кажется, Обри.

— Могу лишь предполагать, милейшие, токмо… — послышался голос Брюса.

Леонид увидел, как проекция уплыла из колбы: наставник обводил взглядом собравшихся.

— Говорите, месье! — поторопил Морис.

— Еще в мое время было замечено, что некоторые живые существа и, скажем, растения помогают друг другу. Мореходы говорили мне — есть мелкие рыбы, что держатся за более крупных. Или те же помянутые господином Фрилингом пчелы, а такоже и бабочки, способствующие опылению цветов…

— Ныне это явление названо симбиозом, почтенный, — подсказал немец.

— Осмелюсь догадываться, что хищная сумеречная тварь и синий мох каким-то способом помогают один другому. Совершают означенный… симбиоз.

— Что из этого следует? — спросил Морис.

— Ежели применить то, что изничтожает синий мох, твари наверняка станет весьма скверно.

— С чего вы это взяли, месье Светлый?

— Хочу в свой черед спросить ученых мужей — известны ли столь крупные твари, населяющие первый слой? В мое время о таких не слыхивали…