— Ну да, вряд ли они сами себе враги… — задумчиво покосился Алекс на крысюков. — С другой стороны… а вдруг диверсия? Какой-нибудь спящий агент вайгожэнь, или, там, приверженец старой власти?

— Короче, я за рукавицами! — прервал я разглагольствования напарника.

Ему-то что? Озадачил Кумо, да сиди, жди результата. А мне с крысюками возиться…

В общем, минут через двадцать всё было готово к эксперименту: «кракозябра» с запертыми в утробе крысами на низком старте, Кумо во всеоружии, а мы с Алексом на своих законных местах в катере. Функциональный юнит, что характерно, прицепился к нашему летательному аппарату снаружи, распластавшись под днищем врастяг на «тентаклях», и перемещению машины ничуть не препятствовал. Так что нам осталось лишь переместиться всей честной компанией вплоть до «хаба»-тройки, что мы и сделали. Ну а остальное вообще дело техники: свободных «икринок» с запасом, Евгения Викторовича тревожить нужды нет, так что пошёл, страус, пошёл, пошёл! В смысле, «кракозябра».

И он, ведомый верным Кумо через его же урезанную версию, пошёл. Сначала в «таможенный пост», а уже из него в «пузырь». Сразу забрасывать «подарочек» на «транзитку» мы остереглись, да и задачи такой не стояло — нас куда больше интересовало пространство внутри «пузыря». И что вы думаете? Сработало! Я, признаться честно, до последнего момента надеялся на какой-нибудь форс-мажор или, на худой конец, неприемлемые условия, но… исчезнувший из «икринки» функциональный юнит буквально через мгновение материализовался именно в той точке пространства ПВ, куда его и перекинуло транспортной системой Паутины в соответствии с введёнными координатами.

Как мы об этом узнали? Так одноканальник заработал! Пока «кракозябра» сидела в «таможенном посту», передача не шла. А как только очутилась в «пузыре», так сразу же у нас в общей с Алексом «дополненной реальности» возник экран с довольно чётким изображением всех трёх боксов с крысюками. А рядом ещё один, со второго одноканальника, демонстрировавший картинку с курсовой камеры функционального юнита.

— Хм… вроде живые, — констатировал напарник примерно через полминуты с начала наблюдения. — Вон тот, левый, даже шевелится! А правый дышит! Только с центральным что-то странное…

— Да он просто от страха оцепенел, — пояснил я. — Но точно живой — вон, хвост дёргается!

На это Алекс не нашёл, что возразить, но зато разразился пророческой фразой:

— Что ж, похоже, бро, тебе теперь не отвертеться!

— Это мы ещё посмотрим, — угрюмо буркнул я в ответ. — Живые-то живые, но где гарантия, что здоровые? Как физически, так и психически?