— Поверьте, сударь, Сергей Усольцев этот широкий жест не оценит. Он весьма умерен во всём, потому что осторожен и чрезвычайно подозрителен. Обедом его не задобришь.

— А я и не собираюсь, герр Нойманн. Изысканная кухня и элитные напитки не более чем дополнение к роскошному виду.

— Дело ваше, сударь. На сколько персон заказывать обед?

— На четыре. Я, вы, Усольцевы. Наёмные специалисты обойдутся.

— Не уверен, что они согласятся на переговоры без юриста.

— Поясните Сергею Геннадьевичу, что это не официальные переговоры, а всего лишь предварительная беседа, почти что светская. Так, присмотреться к оппоненту. И что она их абсолютно ни к чему не обяжет.

— Хорошо, сударь.

— Герр Нойманн? Прошу вас, очень постарайтесь. Для меня принципиально важно, чтобы гости составили нам компанию. И ещё. Столик нужен в ВИП-ложе, желательно второй или четвертой.

— Я понял, сударь. Разрешите откланяться?

— Извольте, герр Нойманн.

Тэ-эк-с, с этой проблемой разобрались. Осталась ещё одна, вроде бы не такая сложная, поскольку отказа я не ждал, но технически довольно трудноосуществимая.

— Кумо?

— Да, капитан Заварзин?

— Вызови капитана Ценкера.

— Есть, сэр.

— И ещё Деррика с Рином.

— Активировать режим видеоконференции?

— Давай. Хотя постой, надо Нойманна дождаться, чтобы его отдельно не инструктировать.

— Принято, капитан Заварзин. Все означенные персоналии в зоне доступа.

— Вот и славно…

Степаныч провозился неожиданно долго — больше четверти часа. Я даже невольно зауважал Усольцева: это надо же, такому монстру и столько сопротивляться! Но таки продавил, как и следовало ожидать. И как только вышел на связь, я сразу же запустил видеоконференцию. Оглядел насторожённые физиономии — до того в таком режиме мы не общались, можно сказать, эксперимент — довольно улыбнулся и объявил:

— Итак, господа мои, вы все в курсе проблемы. И сразу же хорошая новость: у меня всё под контролем. Вопросы? Впрочем, вопросы потом. Начнём с плана. А он таков…

Надо сказать, соратники отнеслись к предложенной авантюре, как к… авантюре. О чём мне незамедлительно и поведали. Причём по существу возражений ни у кого не нашлось, спорили по одному, но принципиальному вопросу — стоит ли вообще всё затевать, или проще выпереть незваных гостей с Картахены. В результате на обсуждение убили почти полтора часа, как-то незаметно переключившись на развитие событий. И тут Степаныч развернулся во всю ширь своей аналитической души, в красках расписав несколько равнозначных по его мнению вариантов, одинаково хреновых для Корпорации. Я, в конце концов, не выдержал, обозвал его паникёром и поведал присутствующим, что план разработан уже довольно давно и согласован со вторым заинтересованным лицом — Германом Завьяловым. Более того, и затевалось всё в основном ради него же, чтобы облегчить ему войну в законодательном собрании Протектората Росс. Этому аргументу Степаныч ничего противопоставить не смог, и спор сам собой затих. Ну а я завершил импровизированный «военный совет» очередным напоминанием Ценкеру, почти всё время скромно молчавшему: