— Да ну, холодно! . .
— Так оденься!
— Ну, Лен...
— Так, давай, без разговоров!
Валя покорно достала откуда-то джинсы (хм, а почему я их в бурсе на ней не видел?) и начала натягивать прямо на свою юбочку. ("Помнёт ведь!", промелькнуло у меня в голове) . Надев ещё и кофту, Валя ушла.
Я перенёс телик на стол, вскрыл заднюю стенку и удовлетворённо хмыкнул — действительно, вольтодобавка...
— Ну, чего там? — Ленка проявила интерес.
— Да вот, лампочка у вас тут сгорела, надо менять...
— Ты поменяешь?
— Нет, так оставлю! — я улыбнулся. — Только новая дорого стоит.
— Сколько?
— Тысяч 40.
— Ого! Так у нас и денег таких не будет!
— Ну, сколько будет...
— Так сейчас почти и нет, разве что со степухи... Слушай, а ты только деньгами берёшь?
Я опять хмыкнул.
— А чем ещё можно в магазине за лампу расплатиться?
— Ну, так купи за свои, а мы с тобой по-другому рассчитаемся...
— Это как — "по-другому"? — меня начали терзать смутные подозрения, вызывавшие дрожь.
— Ну, сделаем тебе что-нибудь приятное...
В комнате явно стало жарче. Или это мои щёки так горят?
— "Что-нибудь" — это что?
— Ну, придумай сам, что для тебя приятно. Например, вот ты целоваться любишь?
Сердце упало в живот и стало там пульсировать, накачивая кровью мой орган.
— Ты серьёзно?
— А то нет? — она спрыгнула с кровати и, подскочив ко мне, чмокнула в щеку. И это наша недотрога?
— Погоди, Лен! Я же ещё не отремонтировал ничего!
— Успеешь. Пока Вальки нет, я авансом... — Ленка как-то странно вздрогнула, придвинулась ближе и присосалась к моим губам.
В голове у меня помутилось, руки непроизвольно обхватили тело девушки, в штанах же началась настоящая революция — там всё требовало свободы. Ленка как бы нехотя отлепилась от моих губ и отстранилась:
— Ну что, тебе приятно?
— Лен, ну ты... ты... — я не находил слов.
— Хочешь ещё? Смотри! — и она неожиданно задрала свою материю, прикрывавшую грудь, и тут же её опустила на место. Я непроизвольно прикрыл руками пах.
— Лен, ну это... Ты так неожиданно, я ведь не железный. Валька сейчас вернётся...
— Прекрати, она тоже это любит.
— В смысле?
— Ты что думаешь, девчонкам не нравится целоваться? В бурсе просто нельзя этого показывать, а то потом будут пальцами тыкать, слухи распускать. А тут все свои... — Она улыбнулась. — Если бы ты знал, как мы тут страдаем без пацанов. Представляешь, мы даже пробовали ласкать друг друга! Так приятно! . .
Ленка сладко потянулась.
— Если никому не скажешь, мы покажем тебе, — глаза её заблестели. — Ну что, договорились? Это как бы за лампочку будет плата.