Что до меня, то я возбуждался ужасно. Девятнадцать лет, а тут почти голая девочка, которая к тому же и не дает, причем не потому что не хочет, а так, из принципа. Наверное, я любил её, поэтому как то выдержал такое издевательство.
Так вот, была весна. Конец апреля, светило солнце, но листьев на деревьях еще не было, потому все вокруг было такое... прозрачное. Жизнь была прекрасна, а мы с Ленкой пришли ко мне домой. Жили мы на разных концах города и виделись в основном по выходным, и был как раз такой день.
Дальше все пошло по обычному сценарию. Мы легли и стали целоваться. Целоваться она любила, губы её, и так пухлые, после наших встреч становились алыми, а засосы на шее она запудривала регулярно, чтоб не заметила мама. Мама все замечала, но не говорила ничего.
Потом я запустил руку Ленке по кофточку и стал гладить грудь. Нащупал пальцами сосок и начал поглаживать его, потом то же самое сделал с другим. Губы её находились прямо возле моего уха и я слышал её постанывания и всхлипы. Я стащил с неё кофточку и снял лифчик — они мгновенно полетели на ближайшее кресло. А я начал водить языком по её соскам, мял грудь руками, целовал её в губы и шею — и снова возвращался к соскам...
В какой-то момент я стал опускать руку ниже, и нащупал пуговицу на джинсах. Я делал так уже десятки раз, и меня всегда останавливали. Я задержался на несколько секунд, но ничего не произошло. Я расстегнул пуговицу, взялся за молнию на джинсах и расстегнул и её тоже.
Подняв глаза на Ленку, я увидел что она смотрит на меня не отрываясь, почти не мигая, и, кажется даже задержав дыхание. Я запустил руку ей в трусики, провел по лобку, коснулся начала её щелки и немного надавил. Палец скользнул слегка внутрь, Ленка издала какой-то нечленораздельный звук и дернулась, как будто её ударило током. Ей было хорошо.
Боже, как там было мокро! Мои пальцы скользили внутрь и наружу, а Ленка двигалась бедрами мне навстречу, натурально, подмахивая. Я окончательно стащил с неё джинсы с трусиками и в первый раз увидел её обнаженную совсем. Она лежала в абсолютно бесстыдной позе, ноги были слегка раздвинуты, а половые губы покраснели и блестели от смазки. А выражение её лица в тот момент я не забуду никогда. Глаза глядели на меня с укором, мол, добился своего, совратил ребенка! А приоткрытый рот и частое дыхание говорили: давай, возьми меня уже, чего ты ждешь.
Я разделся за несколько секунд. Член стоял как каменный. Ленка бросила на него взгляд и закрыла лицо руками. Она все еще стеснялась смотреть! Я опустился на колени между её ног и поцеловал её там. В этот момент она произнесла, кажется, первую фразу с того момента, как мы зашли в комнату. Она спросила: