— Будешь, будешь справлять ритуалы. Но и от практик тебя жречество вовсе не освобождает. Или думаешь, твоя мама практиками не занималась, когда стала жрицей? Она, между прочим, младше тебя была. И до первых родов прилежно училась.
— Я не хочу до самых родов! Это еще сто лет!
— Не сто, а только три года. И не спорь с отцом, наказание ты мое!
Кими сердито засопела, но потом все-таки решила уточнить:
— Но в храме все равно уже можно? Со старшими жрицами? Да?
Он кивнул.
— И все кто будет в меня спускать, не смогут сделать мне ребенка? — не отставала въедливая Кими.
— Не смогут... — он подал ей кубок, и девочка с жадностью выпила кисловатую освежающую воду с капелькой лимона.
— А потом?
— А потом я сделаю тебе второго.
— Как маме?
— Верно, как маме.
— А если родиться мальчик?
— Ну, значит, пора мне будет растить наследника себе на смену. Но последние лет триста у меня одни девочки. И богиня довольна мною. Потому я не жду смены раньше, чем еще лет через триста. А теперь, детка, иди отдыхать и позови мне свою мать, нам надо обсудить твою практику.
Кими вздохнула, покосилась на полутвердый отцовский член, но понимая, что сегодня получила все что могла и имела право получить, только шмыгнула носом и вышла, прикрыв за собою дверь. Через минуту в святилище проскользнула молодая женщина в полупрозрачном жреческом одеянии. Ксан улыбнулся одной из своих старших дочерей, с одобрением оглядел ее округлившуюся в тягости фигуру и поманил к алтарю.
* Дочь жреца. Жено-мужчины, инцест, группа, сказка Автор: Skazka
— Как поживает моя самая прекрасная из дочерей?... Хм...
Сладкие вопли пытуемой на ложе рабыни стали ответом жрецу. Он приостановился в дверях, созерцая жадную оргию. Затем вошел и двери за ним тут же притворились. Зал был пропитан запахами страсти и похоти. В крики жертвы вплеталось хлюпанье и шлепки от соприкосновений разгоряченных тел.
— Папа... ооох... папа я сейчас кончу!..
— Я подожду, радость моя, — Ксан выбрал одну из кушеток и присел там, внимательно изучая блюдо с фруктами у изголовья. Взял тугую налитую ягодку винограда и с удовольствием разжевал. Потом еще одну..
— Аааа госпожааааа! Ваш член! Он сейчас проткнет меня!
— Дааа... да возьми все, маленькая шлюха!..
Кровать дрожала и тряслась, хотя виной тому были вовсе не совокупляющиеся на ней юные женщины. Ксан специально велел сделать такое ложе для своей дочери, чтобы польстить ее силе и увеличить ее наслаждение в моменты страсти.
— О! Ооо! Ааааа!... — они кричали на два голоса, нежных девичьих, и надо сказать их вопли не оставили равнодушным даже Ксана. Но вот все стихло, и кровать перестало трястись. Прозрачный полог откинулся и одна из дочерей Ксана, прекрасная Оливия, поднялась с ложа.