— Ну, вот что ребята. Вы пока размещайтесь поудобнее, а я пойду, узнаю насчет чая. Мне почему-то кажется, что он нам всем сейчас нужен.
Когда Марина вернулась, обстановка уже выглядела куда более непринужденной. Илья явно оттаял, вылез из своего угла и начал что-то рассказывать, Аня и Слава с улыбками ему кивали. Увидев Марину, молодой человек элегантно пропустил ее к окну, успев даже поддержать под локоть, когда поезд особенно сильно тряхнуло.
— Илья нам свои приключения рассказывает, — коротко поделилась Аня. — Он спортсмен, оказывается. Сноубордист.
— Только спортом это не все считают. — Илья махнул рукой. — Многие развлечением.
— Поэтому и вещей так много? — Марина подняла глаза на полку, откуда свешивалась лямка рюкзака.
— Вещей много не поэтому. Точнее, не только поэтому, — Илья сокрушенно покачал головой. — Мы на соревнования ездили в Италию, в Сестриер, если слышали когда-нибудь.
— Это в северной Италии, если я правильно помню, — кивнула Марина.
— Точно! Мы на туристическом чартере должны были лететь в Питер, а в горах снег пошел, вещи наши в пути застряли. Тут не вся экипировка, что-то у каждого с собой было. Понятно, что из-за нас пятерых самолет задерживать не стали. Ребята улетели, а я остался вещей ждать. Дождался и улетел регулярным рейсом — они оттуда только в Москву. Из Шереметьева сразу на вокзал. Еле успел в поезд запрыгнуть — вагона за три отсюда. Лез — проводников распугивал. Да вы видели.
Илья замолчал и потянулся за коньяком. Откуда-то появились пластиковые стаканчики. Молодой человек вопросительно посмотрел на попутчиц. Марина кивнула, Аня хитро прищурилась.
— А разве спортсменам коньяк пить не запрещено?
Илья недоуменно посмотрел на девушку и рассмеялся.
— Нет, режим, если вы это имеете в виду, никак с наличием или отсутствием спиртного не связан. Просто надо очень хорошо знать, когда можно и сколько. Хороший алкоголь во вменяемых дозах еще никогда никому не вредил.
Аня засмеялась и тоже подставила стаканчик.
Через полчаса о странном знакомстве уже никто не вспоминал. Илья рассказывал байки из спортивной жизни, причем, как казалось Марине, получалось у него все смешнее и смешнее. Или пить надо было меньше? После третьей рюмки Марина почувствовала, что стены перед ее глазами качаются вовсе не только от движения поезда. Как обычно — день отъезда оказывается самым загруженным; пока бегала, пытаясь объять необъятное, даже ни разу не поела. Перехватила в середине дня кофе с бутербродом, а теперь приняла ударную дозу коньяка на совершенно пустой желудок. Неудивительно, что организм запротестовал — хорошо еще, что пока не слишком сильно.