А вот Ленка, похоже, давала. Сама себе. Она вообще по натуре сдержанный, рассудительный человек. Головокружительные порывы, которым я нередко отдаюсь, ей абсолютно чужды. Я знаю, что за всю жизнь в сексуальные отношения она вступала всего лишь с двумя парнями, числящимися в женихах. Оба раза свадьбы по разным причинам расстраивались, из-за чего Ленка долго переживала.
Почему же мы — лучшие подруги? Так распорядилась судьба. С рождения мы живем в одном доме, одном подъезде, даже на одном этаже. Наши родители дружат. Родились мы с ней в одном роддоме с разницей в месяц (я первая). Ходили в один детский сад, в школе одиннадцать лет сидели за одной партой. Правда, сейчас учимся в разных вузах, но это нас не разлучило. Я знаю, что абсолютно во всем могу положиться на подругу, так же, как она на меня.
В это великолепное утро мы решили отправиться на наш пляж, расположенный в излучине местной речушки и хорошо укрытый от посторонних глаз. Идти туда не близко, больше километра, но оно того стоит: там нас ждала полянка с шелковой травой, окруженная сосновым бором, песчаное дно речки.
Расположились комфортно: расстелили два пледа и сняли верх купальников — сюда ни разу никто, кроме нас, не забредал. Трусики я не снимаю по одной причине: чтобы сохранялся контраст между загорелой кожей и натуральной. По опыту знаю, как это заводит мужиков. А Ленка просто следовала моему примеру.
Мы уже успели хорошо прогреться на солнце, когда на нашу поляну ввалилась толпа парней. Я насчитала восемь человек. Откуда они взялись — непонятно. В нашей деревне, да и в соседних, жили одни старики. Должно быть, ребята приехали на машинах из дачного кооператива, расположенного километрах в 15 отсюда.
— Ого! — закричал кто-то из них, — Глядите, парни, какие телки! И уже готовенькие, осталось трусики снять!
Мы с Ленкой, как по команде, вскочили на ноги, кое-как прикрывая груди.
А парни уже окружили нас тесным кольцом, к нам потянулись жадные руки, хватая за все места, до каких только дотягивались. Ленка завизжала истошным голосом.
— Ори, ори, — спокойно сказал один из парней, должно быть, главарь. — Все равно ни один черт не услышит.
У меня в голове вихрем проносились мысли: «Что делать? Одно ясно: изнасилования не избежать». И тут мне вспомнился совет, который дают женщинам американские полицейские «Если вы поняли, что будете неизбежно изнасилованы, постарайтесь расслабиться и получить удовольствие».
Я, как сумела, на секунду вырвалась из кольца рук и завопила:
— Ребята, стойте!
Очевидно, подействовали децибелы моего крика, и парни замерли.