— Слушай солнц, давай переместимся, куда ни-будь в комнаты, да и разденемся, мне все таки жарковато в куртке — предлагаю я, проглотив все и отдышавшись. Возражений не последовало и вот Валера открывает одну из трех закрытых дверей, выходящих в коридор. После того как он зажигает свет моим глазам предстает обычная спальня, с полуторной кроватью журнальным столиком и торшером. Валера сразу сбрасывает с себя все, забросив одежду в небольшой шифонер в углу и облачается в махровый халат. Тело у него ладное, худощавое слегка подкачано, чисто обозначить рельеф на левом бедре небольшой рубчик почти незаметный.
— Слушай, а что дальше, спрашивает он я если честно в этом новичок, то есть с парнями, хотя ты очень женственно выглядишь.
Строю удивленные глазки:
— Ты же не возражал когда в прихожей, я ублажила тебя своим ротиком.
— Ну так, там темно, было. А ты просто молодец, не каждая баба так может.
— Смотри я могу и уйти если тебе неприятно. Мы оба свободные люди.
— Эй, на дворе ночь, как я тебя выгоню, да и никто не говорил, что мне неприятно.
— Давай так. Если ты хочешь попробовать, решайся, я постараюсь все сделать так, чтобы ты не смущался. Для начала включи торшер, а я потушу люстру.
Щелкнув выключателем, я погружаю комнату на несколько секунд в непроглядную тьму, но ее почти сразу рассеивает приглушенный свет ночника. Медленно приближаюсь к стоящему у столика Валере и кладу свою руку поверх его.
— Ты согласен?
— Да, — тихо отвечает он.
— Тогда доверься мне.
Я завожу руки за шею и расстегиваю застежку платья, сейчас оно держиться только на плечах.
— Помоги мне его снять.
Его руки медленно стягивают ткань, и вот уже платье под собственным весом соскальзывает к моим ногам. Валерий сглатывает, но не делает попыток отстраниться или убрать руки
— Вот видишь, я останусь в этом всем, не будем снимать белье и тебе будет намного проще воспринимать меня как девушку.
— Да пожалуйста, оно тебе очень идет.
— А сейчас чтобы ты не боялся того что у меня между ног, мы кое что проделаем.
Развязав шелковый шарфик остававшийся на моей шее я складываю его длинной полоской-лентой и обвернув вокруг наших членов отдаю один конец ему оставив второй себе. Ткань приятно холодит и дарит нежное прикосновение шелка. Наши чуть опавшие за прошедшие десять минут приборы начинают наливаться свежей силой и вот уже стоят торчком. Потянув свой конец шарфа прошу сделать его тоже самое, так что мы оказываемся тесно спеленатыми гладкой тканью друг с другом, ощущая через тонкий материал тепло и пульсацию чужого органа. Моя левая рука обхватывает эти два корня наполовину и он поняв что от него требуется закрывает кольцо своей. Прижавшись, друг к другу мы сцепляем кончики пальцев и то прижимаемся друг к другу, то отстраняемся. Члены при этом трутся, в кольце пальцев перевитые шелковой лентой. Вскоре сквозь мой словно проходит электрический ток, и я издаю стон, видимо мой партнер чувствует тоже, что и я, так как стонет в ответ. Периодически мы чуть потягиваем концы шарфика, стягивая члены чуть сильнее, и подержав так отпускаем. От возбуждения у меня дрожат мышцы бедер, и приятное тепло переполняет низ живота и кончики сосков. Наконец, вскрикнув почти одновременно, порывисто кончаем, заливая руки и головки, струйками густой спермы, которая стекает по пальцам, стекает по шелку, капает на пол пока мы, соединяемся в порывистом страстном поцелуе. Руки безвольно опускаются. И вот уже нас ничего не связывает, кроме кончиков языков, трепещущих в наших ставшими одним целым ртах. Каждое их соприкосновение будит во мне бурю эмоций и ощущений, я словно растворяюсь в пространстве и вновь материализуюсь множество раз. Пока обессилев, не отваливаемся друг от друга, пресытившись потоком, бьющим из фонтана чувств.