Сбросив вызов, я положил телефон на стол и, закрыв глаза, откинулся на спинку кресла. Использовать Хазарова — это риск. Огромный риск. Ведь в пылу сражения он может не признать наших и начать убивать без разбора, а если я этого не замечу, то быть беде. К тому же, если меня убьют, то он и вовсе слетит с катушек. Но выбора нет. Для победы над Императором хороши любые средства.

Полчаса пролетели быстро. Дверь кабинета открылась, и в неё втолкнули Хазарова, следом вошел и капитан Гаврилов. Некромант споткнулся, но устоял на ногах. Он смотрел на меня совершенно пустым бессмысленным взглядом. После слияния с геномом крысы он потерял индивидуальность, став лишь инструментом. Но мне этого выродка не жаль. Он принёс много горя людям и заслужил свою участь.

Дмитрий Хазаров — худой, буквально как скелет. Лицо вытянутое, заострённое к носу. Нос длинный, как у крысы. Глаза маленькие, красные от плещущейся в них некротики. Волосы редкие, серые, свисают клочьями. Выглядел он отвратительно. Одежда изорванная, грязная. Руки закованы в цепи, видать, Гаврилов перестраховался.

— Хазаров доставлен, — произнёс Гаврилов. — Уверен в том, что всё будет в порядке?

Ответить я не успел. В дверь постучали, и через секунду в кабинет вошел Ежов. Он брезгливо посмотрел на некроманта, от чего иголки на его голове дёрнулись.

— О, боги. Это же Хазаров. Я думал, что он давно мёртв, — сказал Ежов.

— Удивительно, что вы его знаете, — сказал я, приподняв бровь. — Я подумывал убить Хазарова. Причём множество раз. Увы, всё не так просто. Во-первых, он тварь весьма живучая, а во-вторых я понял, что подобные кадры пригодятся мне в свете грядущих событий.

Гаврилов покачал головой недовольно. Но промолчал. Я встал из-за стола. Прошёл мимо Хазарова и вышел из кабинета, бросив через плечо:

— Следуйте за мной.

Хазаров покорно двинул следом, Ежов и Гаврилов немного помедлили, но тоже вышли из кабинета. Спустя пятнадцать минут мы пришли к северному складу. Мы остановились у входа, и я заметил, что глаза Хазарова загорелись ярче, отвечая на разлитую по округе некротику. Я отворил дверь и отдал приказ:

— Создай гулей. Столько, сколько сможешь.

Хазаров улыбнулся жуткой улыбкой, продемонстрировав почерневшие пеньки зубов, и произнёс замогильным голосом:

— Будет исполнено, господин.

Он шагнул в центр склада. Раскинул руки широко в стороны. Закрыл глаза и зашевелил губами. Гортанные слова вылетали из его рта. Режущие слух, отрывистые. Я мало что понимал в этой тарабарщине. Да мне это и не требовалось. Воздух вокруг главы Безликих резко похолодел. Некротика хлынула к телу Хазарова, окутывая его сероватым туманом.