— Ты что делаешь? — ужаснулся я.

— Что-что? Жрать готовлю, — буркнул он.

— Венера! Родненькая, спасай! Иначе этот вечер никто из нас не переживёт, — сказал я с улыбкой, заглянув в зелёные глаза.

— Понятно. Дочку князя записали в кухарки, — усмехнулась она, закатывая рукава. — Ладно, сейчас что-нибудь сварганим.

— Эммм… Твои слова звучат так, будто ты никогда не готовила, — с опаской сказал Артём, передавая ей ложку и ножик.

— А ты думаешь, у меня была необходимость готовить? — спросила она, начав ведьмовской ритуал, так как на кулинарию это было мало похоже.

— Знаешь, пожалуй, пусть лучше Артём приготовит поесть, — подумав, сказал я.

— Слишком поздно. Теперь будете есть то, что получится, — улыбнулась Венера, ткнув в мою сторону ложкой. — А ты, зажигалка, сегодня будешь моей походной плитой.

— Какой плитой? Вон печка, иди туда готовь, — возмутился Артём.

— Есть хочешь? — с прищуром спросила она. — Тогда рот на замок, и поддай жару! — азартно заявила Венера, высыпая крупу в котелок.

— Надеюсь, регенерация спасёт меня от верной смерти, — вздохнул Артём и прибавил силу пламени, вырывающегося из рук.

Через полчаса быт был налажен. Венера оказалась весьма хороша в готовке. Аромат по землянке летал такой, что даже Леший очнулся.

— Опять Тёмыча поджарили? — спросил он спросонья, принюхиваясь.

— Идиот, — буркнул Артём.

— Крупяной гуляш со свиными консервами подан. Садитесь… — начала было Венера, но за неё договорил Серый.

— Жрать пожалуйста.

Не прошло и десяти минут, как мы умяли целый котелок. Набив желудки, расселись на каменные диваны, которые неторопливо подвезли нас к печке. Венера положила голову на моё плечо и прикрыла глаза. Жар от её тела не только согревал, но и… Слева от меня заелозил Леший.

— Чё мы в тишине сидим под землёй? Как в гробу, ей богу. Ща! — он поднял палец вверх и полез за пазуху, откуда извлёк пространственное кольцо.

Понятия не имею, где он его взял. Направив в артефакт ману, Леший материализовал потёртую гитару с пятью струнами.

— Изгиб гитары желтой не обещаю, но сейчас что-нибудь слабаю! — заявил Лёха, поставив одну ногу на диван и положив на неё гитару.

По землянке разлилась дребезжащая мелодия, слаще которой я, пожалуй, и не слыхивал. Нет, играл он отвратительно, а пел ещё хуже, однако в данный момент это было настолько к месту, что я даже прикрыл глаза от удовольствия.

—Идём в разлом мы с дурачком, и как его зовут?

Сергей? И нет! Михан? И нет! И да! Его зовут Артём!

Но не расскажем мы о нём… Ай! Скотина! Чуть глаз не выбил!

Заголосил Леший, которому Артём зарядил ложкой прямо в лоб.