Важно то, что мы могли бы разжиться оружием, причём совершенно бесплатно. Я бы позаимствовал пару автоматов, спрятал их в кольце, а доставали бы мы огнестрел лишь в лесной глуши подальше от Ленска. Идеальный план! Стоп… А это что за толпа?

Пять человек, бряцая подносами, шли по улице. Клубы пара вырывались из их ртов, а вот тарелки, стоящие на подносах, не парили. Еда на них была холодной и даже заветрившейся. В свете фонарей я заметил, как один из носильшиков шмыгнул носом и харкнул в тарелку.

— Хе-хе. Ты опять особую приправу добавляешь? — спросил его коллега, расплывшись в улыбке.

— Приправу? Да я даже не понимаю, на кой-чёрт мы эту падаль держим. Будь моя воля, я бы их крысиным ядом накормил.

— А разломы?

— Тут да. Согласен, — кивнул любитель плевков и дальше они пошли молча.

Процессия из пяти человек остановилась у одноэтажного здания, сбоку которого имелся вход на цокольный этаж. Дверь открылась, и с цокольного этажа выскочили пять довольных рож.

— Ну, наконец-то. Я уже собирался Барсу жаловаться на то, что вы проё… — радостно выпалил невысокий лысеющий мужичок, но договорить не успел.

— Ой, да завали ты свою пасть. Подумаешь, опоздали на минутку. Ты всё равно до утра будешь квасить.

— Ага. Буду. Но из-за вас, скотов, буду квасить на минуту меньше, — подметил лысеющий, вручил связку ключей и радостно побежал в сторону «Пьяного Козла». — Через сутки увидимся! — выкрикнул он на прощание.

— Мудак, — хмыкнул любитель харкаться и вошел открытую дверь цокольного этажа.

Мимо дождался, когда последний боец с подносом войдёт внутрь, а после изменил форму, обратившись в комара, и тоже влетел на цокольный этаж. Первое, что мне показалось странным — это рычание. Харкальщик подошел к увесистой дубовой двери и ударил по ней ногой.

— Просыпайтесь, твари! Время жрать. — Распахнув дверь, он выплеснул заветрившуюся кашу на пол и отошел в сторону, позволив и остальным товарищам сделать так же.

Когда пять подносов с кашей разгрузились, харкальщик ехидно ухмыльнулся.

— Хе-хе. Давайте, свинюшки, жрите. Завтра пойдёте на убой. — Он потянулся, чтобы захлопнуть дверь, и в этот момент я направил Мимо внутрь помещения.

Поток ветра ударил мимика в спину, закинув его в самый центр тёмной камеры, по запаху напоминающей хлев. Из крошечного зарешеченного окна лились лучи лунного света, освещая существ, жрущих кашу. Это были недооборотни. Двадцать штук. Ели они размеренно, не толкались, и даже казалось, что они стараются, чтобы всем досталось поровну. Это показалось мне странным.

Хотя, чему тут удивляться? Это ведь город вольных разломщиков! Шульман с радостью скупает куски тварей, а за живых особей, небось, даёт три цены, а может, и больше. Нужно узнать у торговца, может, и правда лучше в пространственный карман прятать тварь и приносить её живой? Так и сражаться не придётся, и получим намного больше ряпчиков. Тьфу, блин! Старый козёл, заразил своими «ряпчиками».