Мы пробежали по коридору, свернули налево и заметили бетонную лестницу ведущую вниз. Не раздумывая, рванули к ней. Чем надежнее мы спрячемся, тем выше шанс, что твари нас не учуют. После первого же пролёта мы погрузились в кромешный мрак, который разогнал Артём, подпалив своё копьё.
Похоже, этот подвал использовали, как кладовую. Здесь насыпью лежали зимние бушлаты, сапоги, штаны и прочее барахло. Справа через приоткрытую дверь заметил комнату с разгрузочными жилетами, кобурами, ремнями и ещё чёрт знает чем. Мы же неслись в дальнюю часть подвала, в сторону которого вела проторенная дорожка. На полу виднелись следы от двух колёс, которые, судя по всему, двигались тут постоянно.
Добежав до конца, мы уткнулись в двустворчатые двери с надписью «Продуктовый склад». Я бы обрадовался такой находке, если бы не видел, что до воинской части тварям осталось всего пятьдесят метров. Они либо учуют нас и порвут в клочья, либо пробегут мимо. Момент истины.
Мы заскочили на продуктовый склад, Артём тут же вставил копьё в дверные ручки заблокировав проход, а после создал небольшое пламя в ладони. Чёрные тени метались по стенам, заставляя нас напряженно всматриваться в окружение. Леший сжимал в руке нож, я на всякий случай достал меч, мало ли. Вдруг Всевидящее Око снова подведёт?
Склад состоял из десятков стеллажей, прикрученных к стенам. Когда-то здесь действительно были огромные запасы провизии, а сейчас лишь пыль и пустота. Очевидно, все запасы кто-то вывез. В дальней части склада расположилась массивная морозилка. Туда с лёгкостью можно было загнать пару здоровых быков, ещё бы и место осталось.
— Они над нами, — прошептал Артём, и в этот момент из морозилки раздался низкий утробный рык, заставив наши сердца замереть в ужасе.
Глава 5
Хабаровск.
Дворец Императора Романова.
В картинной галерее было светло, идеально чисто, пахло благовониями, а на стенах висели портреты великих предков. Иван Васильевич сложил руки за спиной и всматривался в лицо своего отца. Василий Великий, так его прозвали в народе. По крайней мере, так пишут историки.
На самом же деле, народ прозвал его «Кровавым», вот только те, кто так говорил, долго не протянули. А спустя сто лет — кто разберётся, где правда, а где выдумка? Пышные усы и борода, дорогой мундир, блеск в глазах и величественная поза, всё это было карикатурой на отца Ивана Васильевича, ведь в реальности он был совсем другим. Мелочный, злобный тиран, готовый убить любого, посягнувшего на его власть.
Иван Васильевич выгнал всех слуг из галереи и наслаждался обществом своих предков. Наслаждался в первую очередь потому, что они были молчаливы и давно мертвы. Такое общество помогало прочистить мозги, поразмыслить о жизни и пройденном пути. Император подошел ближе и щелкнул нарисованного отца по носу. Это неизменно вызывало счастливую улыбку на лице Ивана Васильевича.