Нужно как-то прорваться в лес? Может, местные уже вытоптали тропу? Я бросилась в деревню, которая словно вымерла. Люди выглядывали из окон, но на улицу не выходили.

— Так, — бросилась я к бабке, которая бесстрашно ковыляла через всю деревню. – Простите, вы не подскажете, как попасть в лес?

— Никак, — проскрипела бабка, пошамкав беззубым ртом. – Мы тудой не ходим… Заколдованный он!

— Понятно! – вздохнула я, снова выходя из деревни и глядя на первые непролазные дебри. Может, есть какое-то заклинание? Вот зря я прогуливала уроки!

— Мамочка, же фея, — послышался голосок, а я с подозрением обернулась, видя, как на волосах сидит Павлик. – Поговори с лесом! Моргауза так всегда делала! Я часто с ней путешествовал!

— Ты где должен был быть? – строго спросила я, понимая, что в воспитании мышонка что-то упустила. А именно строгость!

— С мамой, — вздохнул Павлик, сползая в мой корсет так, что его длинный хвост торчал из корсета. Он перевернулся и высунул мордочку. — Я должен быть с мамочкой!

Я вздохнула, понимая, что разбаловала Павлика по самое не могу! Осмотревшись по сторонам, я все еще сомневалась в гениальности идеи поговорить с каждой коряжкой, но выхода не было. Я вспомнила свой первый день в волшебном мире, когда дико извинялась перед кустом, подошла к колючкам, прокашлялась и улыбнулась.

— Добрый день, — произнесла я, вставая на носочки и пряча руки с палочкой за спиной. – А не могли бы вы меня пропустить? Пожалуйста!

Колючки зашевелились, как живые, чуть приоткрывая проход, но передумав.

— Погода плохая, да? – закатила глаза я, чувствуя, что еще ни разу не дулась на колючку. – Дождя давненько не было? Совсем засохли?

Они меня определенно слышат, но пока что раздвигаться не хотят. Плохо дело, паутинка на руке проступает все четче и четче! Я была очень злой и голодной. Думаю, что однажды это послужит мне оправданием.

— Они украли наше детство! Да! Они понаделали удочек из наших детей! Людям должно быть стыдно! Никто не заботится об экологии! Никто! Вы только посмотрите! Сколько домов настроили! Что не дом, то знакомые стволы! – устроила я манифест, залезая на пенек и размахивая рукой. – Один охотник, второй дровосек, третий вообще – собака с недержанием! А кто экологию защищать будет? И пока драконы какают мечами и доспехами, мы должны сплотиться и защищаться!

Я слышала, как деревья шумят и качаются, хлопая листьями.

— Мама, — пропищал Павлик, но я отмахнулась.

— Спасибо, — сглотнула я, кивая аплодисментам. Аплодисменты притихли, а я продолжила, войдя в раж. – Да они совсем обнаглели! Кладут на нас вещи! Едят на нас! Спят на нас! И детей делают тоже на нас! Я, такое же бревно, как и вы! Простое бревно в постели! По уверению большинства мужчин! И поэтому я, как никто другой, способен понять вас!